Борис Николаевич Абрамов духовный ученик Н.К. Рериха и Е.И. Рерих
И.Н. Гречиц
капитан 2-го ранга запаса,
г. Ломоносов

Первая мировая война в жизни Б.Н. Абрамова (до 1918 г.).


Борис Николаевич Абрамов и его старший брат Николай Николаевич родились и росли в семье офицера русской армии. Их отец подпоручик, а в последствии подполковник Николай Николаевич Абрамов и мать Екатерина Григорьевна заложили в своих детях понятия чести и долга, любовь к Родине.

В возрасте 9 лет Б.Н. Абрамов поступает в Нижегородский дворянский институт – одно из лучших учебных заведений своего времени. Он окончил его в апреле 1915 г. с серебряной медалью и в июле поступил на юридический факультет Императорского Московского университета.

Главным событием этого времени была Первая мировая война, которая началась 28 июля 1914 г. Она в корне изменила экономическую и внутриполитическую обстановку на территории России и оказала влияние на все слои общества. Обширное поле боевых действий, нехватка боеприпасов, большие потери в войсках, привели к необходимости срочного пополнения действующих частей подготовленным офицерским и рядовым составом.

Проучившись один год в Московском университете, в возрасте 19 лет Б.Н. Абрамов, как и другие студенты университета, в августе 1916 г. был призван на действительную военную службу.

Начальную военную подготовку он проходил в Нижнем Новгороде в 1-м подготовительном батальоне. Второго ноября 1916 года Б.Н. Абрамов был откомандирован в г. Ораниенбаум в Школу прапорщиков по адмиралтейству и 9 ноября зачислен во 2-й взвод.

Школа прапорщиков по адмиралтейству (мичманов военного времени) была создана в июле 1916 г. на базе Морской учебно-стрелковой команды, при Офицерской стрелковой школе.

В связи со значительной нехваткой офицерского состава флота, Морскому ведомству пришлось организовать ряд учебных заведений с ускоренным сроком обучения, выпускавших офицеров военного времени с чином прапорщика, мичмана или мичмана военного времени. К подобным учебным заведениям относились Отдельные гардемаринские классы, Курсы гардемарин флота, Школа прапорщиков по адмиралтейству (мичманов военного времени).

Школа размещалась на втором этаже каменного здания Морской учебно-стрелковой команды. В нижнем этаже находилась Морская стрелковая команда, которая обслуживала Школу прапорщиков.

Ораниенбаумская Школа прапорщиков по адмиралтейству – специализированное военно-морское учебное заведение по ускоренной подготовке офицерских кадров в период Первой мировой войны. Весной 1916 г. морской министр адмирал И.К. Григорович распорядился об открытии Школы прапорщиков флота. В начале июля 1916 года было утверждено положение о «Школе прапорщиков по Адмиралтейству или по морской части в Ораниенбауме». Непосредственное руководство Школой осуществлял начальник Ораниенбаумской Морской учебно-стрелковой команды в генеральском звании А.В. Петров, из бывших командиров эсминца, наказанных за гибель корабля. Его помощником был пехотный полковник Ставский, который руководил всеми делами школы.

Сохранился «Приказ № 398 от 6-го августа 1916 г.» за подписью генерал-адъютанта И.К. Григоровича:

«Приказ № 398. 6-го августа 1916 г.

Осмотрев 3-го сего месяца морскую учебно-стрелковую команду и состоящие при ней: школу прапорщиков по адмиралтейству и школу плавания Балтийского флота, я лично убедился в блестящей постановке как строевого и специального обучения, так и воинского воспитания в этих школах, что доставляет мне приятную возможность выразить от лица службы мою благодарность начальнику морской учебно-стрелковой команды, флота генерал-майору Петрову, а также всем офицерам и инструкторам за их столь успешные труды в порученном им деле.

Подписал: Морской Министр, Генерал-Адъютант И.К. Григорович».

Стрелковый полигон Школы располагался в прибрежной части Кронштадтской колонии (на западе Ораниенбаума).

В школу без экзамена принимались вольноопределяющиеся, охотники флота, строевые нижние чины и вообще «молодые люди христианского вероисповедания не моложе 17 лет, имеющие аттестаты или свидетельства об окончании одного из средних учебных заведений», а также студенты, получившие высшее образование, и провинившиеся гардемарины. Срок обучения был 4 месяца.

Состоялось три выпуска прапорщиков по Адмиралтейству: 11 и 23 октября 1916 г. по 150 курсантов. Юнкера, успешно окончившие ее, получили обмундирование и высочайшим указом были произведены в прапорщики. Выпускникам-прапорщикам в октябре 1916 года в Ораниенбауме звание присваивалось царем.

С июля по октябрь 1916 г. здесь обучался А.П. Римский-Корсаков – потомок известных адмиральских семей Римских-Корсаковых и Бутаковых, будущий ученый-биолог.

Во время Февральской революции последовало переименование в Школу мичманов военного времени. 15 марта 1917 г. состоялся третий выпуск – мичманов военного времени. Выпускам после февраля 1917 года звание присваивалось уже от имени Временного правительства в Петрограде.

С октября 1916 года по февраль 1917 года в Школе прапорщиков вместе с Б.Н. Абрамовым обучался, закончив ее по 1 разряду, Георгий Эрихович Лангемак – будущий изобретатель ракетных двигателей для реактивных снарядов РС-82 и РС-132 реактивного миномета «Катюша».

Осенью и зимой 1916-1917 гг. в Школе прапорщиков в Ораниенбауме служил писатель А.Г. Малышкин (1892-1938). Он оставил увлекательное описание жизни юнкеров в повести «Севастополь», написанной на основе дневников уже в советское время. Так, Малышкин написал, что курсанты Школы прапорщиков не приняли участия в событиях Февральской революции, оставаясь верны присяге. Видимо, поэтому после февральской революции Школа была переименована и стала называться Школой мичманов военного времени.

12 декабря 1916 г. Б.Н. Абрамов принимает присягу на верность Государю Императору и Родине.

Как и в Нижегородском дворянском институте он учится на «отлично», теперь уже военному делу. Во время обучения 14.01.1917 г. он назначен командиром отделения и даже произведен в строевые унтер-офицеры.

Что познавательного и исторически интересного за период обучения могли видеть и узнать курсанты Школы прапорщиков по адмиралтейству? Здания Школы находились в историческом центре Ораниенбаума. Рядом со Школой – Дворец А.Д. Меньшикова, где в 1754-1757 г. нес дворцовую службу Лейб-гвардии Ингермаландский полк, в котором с мая 1755 и до отправки на зиму в Голштинию, служил поручик Александр Суворов, будущий генералиссимус.

Напротив Школы – церковь святого Спиридона Тримифунтского. 27 августа 1896 г. состоялось освящение этого храма, которое совершил преосвященный Арсений, архиепископ Рижский в сослужении Кронштадтского протоирея о. Иоанна Сергиева (Иоанна Кронштадтского). Пел хор Казанского собора. При храме имелась небольшая библиотека духовно-нравственного содержания для чтения нижним чинам.

Отец Иоанн Кронштадтский периодически проповедовал и совершал богослужения в этом храме.

Через дорогу за храмом – здание Манежа (дом для упражнений) Лейб–гвардии Волынского полка, построенное в 1851 г. На здании в 1974 г установлена мемориальная табличка с надписью: «В этом здании 1 декабря 1916 года состоялся смотр первой в мире роты, вооруженной автоматическим оружием, разработанным выдающимся ученым-оружейником В.Г. Федоровым, под руководством которого в г. Ораниенбауме испытывалось это оружие».

В 1915 году в Манеже во время Первой Мировой выступал самодеятельный театр Ораниенбаумского гарнизона. Военный театр был организован по инициативе Офицерской стрелковой школы. Труппа подбиралась из солдат-артистов, мобилизованных на фронт. Оформление спектаклей было полное, по типу столичных театров. Представления давались три раза в неделю. Театр пользовался успехом ввиду доступности, дешевизны билетов и посещался всеми слоями населения города и военными вплоть до марта 1917 года. Также в Манеже функционировал бесплатный кинотеатр для солдат Ораниенбаумского гарнизона.

Во время Февральской революции в Манеже проходили массовые митинги.

Далее за Манежем – здания Офицерской стрелковой школы, созданной в 1882 г. В это время она была одним из главных военных научно-технических центров России. Здесь разрабатывались и внедрялись в войска новые виды вооружения и тактика действия войск на полях сражений, с учетом боевого опыта.

Еще писатель Н.Г. Чернышевский, один из основателей и редактор журнала «Военный сборник» при Офицерской стрелковой школе Ораниенбаума, отмечал: «Офицеры образцовых формирований были лучшими представителями общества своего времени. Они получали хорошее образование, разбирались в искусстве, театре, музыке и живописи»2.

Между вокзалом Ораниенбаума и Школой прапорщиков по Адмиралтейству – Собор Михаила Архангела, освященный в 1866 г., в котором, как и в церкви святого Спиридона Тримифунтского, периодически совершал богослужения о. Иоанн Кронштадтский.

Недалеко от Ораниенбаума находится Петергоф, с его прекрасным Собором Петра и Павла и дворцово-парковым ансамблем.

Все это несомненно оказывало духовно-нравственное влияние на военнослужащих.

В тоже время революционные выступления частей гарнизона, а позже смена власти, противоборство партий Временного правительства вызывали противоречивые отношения военных ко всему происходящему.

В 1917 г. Б.Н. Абрамов окончил школу по 1-му разряду первым из списка 153 обучающихся, общей суммой баллов 145,8.

Г.Э. Лангемак заканчивает 16 по списку с общей суммой баллов 138,68.

Приказом по Флоту и Морскому Ведомству № 486 от 22.02.1917 г. выпускников производят в прапорщики по адмиралтейству, с жалованием 600 рублей в год.

«Приказ Командующего Флотом Балтийского Моря.

Посыльное судно «Кречет». 21-го апреля 1917 года № 143.

Назначаются:

Михаил Бойков, Борис Абрамов, Константин Руцкой, Александр Шишкин и Игнатий Макаров.

Все пять – в Або-Оландскую укрепленную позицию.

Подпись: Вице-Адмирал Максимов».

Виза на документе: «Для руководства при рассылке послужных списков, п/п 19.IV.17 г.»

В марте 1917 г. Б.Н. Абрамов убывает для продолжения службы на Або-Оландские острова.

К концу 1916 г. на Або–Оландской позиции было 13 артиллерийских батарей с 42 орудиями. Общая численность расквартированных на Оланде войск к 1 января 1916 г. не достигала штатного расписания и составляла менее 600 человек. Для обеспечения надежной обороны столь стратегически важного района срочно требовались дополнительные силы. Так же на Оландах были размещены подводные лодки для борьбы с немецкими подлодками и немецкими транспортами, но особых успехов эта борьба не принесла. Немецкие подводные лодки минировали проливы и фарватеры, что иногда приводило к потоплению русских кораблей и транспортов. Немецкие дирижабли и самолеты бомбили русские позиции на Оландах, но без большого ущерба для русских войск. Укрепление артиллерийских и стрелковых позиций на островах было главной заботой гарнизона на Оланде и продолжалось вплоть до ухода русских войск с островов.

Революционные события февраля 1917 г. не миновали Або-Оландскую позицию. Командующий флотом Балтийского моря вице–адмирал А.И. Непенин отдает приказ объявить войсковые районы Оланда и город Або на осадном положении и срочной телеграммой 28 февраля 1917 г. сообщает временно исполняющему обязанности начальника гарнизона острова Оланд капитану 1-го ранга Азарьеву: «Предписываю: объявить командам – в последние дни в Петрограде произошли забастовки и беспорядки на почве недостатка пищи и подозрения некоторых лиц в измене, чем могло бы быть нарушено доведение войны до победы. Произошла перемена в составе Совета Министров, которые принимают меры о прекращении беспорядков и подвоза необходимых продуктов.

Объявляю об этом по командам, чтобы они узнали это от меня, а не от посторонних рук. Требую полного усиления боевой готовности, ибо возможно, что неприятель, получив преувеличенные сведения о беспорядках, попытается тем или иным путем воспользоваться положением».

Введенное на Оландах 28 февраля осадное положение продлилось только 4 дня. Новый назначенный Временным Правительством командующий флотом Балтийского моря вице-адмирал А.С. Максимов издал ряд распоряжений.

«Приказ № 36 от 15 марта 1917 г. Мариегамн.

1. Объявляю, что осадное положение снято с 4 марта».

Новый и.о. начальника гарнизона острова Оланд полковник Давыдов, который вместо полковника Кузнецова стал командиром полка Офицерской стрелковой школы, 11 марта 1917 г. направляет Начальнику Або–Оландской укрепленной позиции подробный рапорт обо всем произошедшем на острове в эти напряженные дни.

«Доношу, что события, за время переворота протекли во вверенном мне гарнизоне в следующем порядке:

1. После объявления Манифеста и прочтения всех сведений о текущих событиях, в воскресенье 5 марта, в церкви стрелками было предъявлено требование об удалении с острова командующего 1–м батальоном – коменданта г. Мариенгамна гвардии-капитана Рейнгардта.

Во избежание кровавых столкновений, капитан Рейнгардт, согласно моего предписания, в тот же день выехал с острова, о чем мною было донесено рапортом № 3. О судьбе капитана Рейнгардта и его местонахождении никаких сведений не имеется.

В воскресенье была манифестация, прошедшая в полном порядке.

Предъявленные от частей требования об удалении подполковника барона Будберга, капитана 2 ранга Дорн, подполковника Залесского-Корсак и лейтенанта Хеккерта были разобраны, после чего инцидент был улажен, и указанные чины продолжают нести свои служебные обязанности.

В понедельник 6 марта пришедшими с отдаленных постов матросами службы связи был арестован на улице лейтенант Хеккерт, а у себя на квартире со взломом двери – подпоручик службы связи Челобов.

Лейтенант Хеккерт после разбора дела был освобожден, а подпоручик Челобов до сих пор отстранен от несения служебных обязанностей.

2. Вечером того же дня был арестован на улице доктор Темномеров, но в тот же вечер был освобожден. В тот же день во время манифестации в Хаммаруде поручик стрелкового полка Офицерской стрелковой школы, благодаря неосторожно сказанным словам и неправильно понятый, был избит матросами артиллерийского батальона и отправлен с острова в госпиталь.

10 марта ко мне были привезены арестованные матросами кондуктора Янсон и Панютин с батареи «Д», которые завтра 12 марта отправляются в Або в распоряжение начальника артиллерии и Исполнительного Комитета Аландской Укрепленной Позиции…»

Эти и другие подобные события, несомненно, сказались на общем моральном состоянии гарнизона и вновь прибывших офицеров.

Позже июльские события 1917 г. в Петрограде, связанные с отставкой Временного Правительства, не обошли стороной территории Або-Оландской шхерной позиции. Но все ограничилось приказом Главнокомандующего флота о расформировании Воздушной станции в Або. Этот приказ вызвал бунт солдат и убийство лейтенанта Макаревича, попытавшегося его выполнить.

Октябрьская революция 1917 г., Брест-Литовский мирный договор, признание независимости Финляндии, выход ее из состава Российского государства, а также заключение перемирия с Германией, создали состояние полной неопределенности в отношении к будущему положению приморских и сухопутных укреплений.

На Або-Оландской позиции все действия по демобилизации и эвакуации воинских подразделений происходили независимо и параллельно с боевыми эпизодами внешней интервенции. Декрет Совета Народных Комиссаров от 10 ноября 1917 г. о частичной демобилизации армии, принятый сразу после Октябрьской революции, послужил сигналом начала ликвидации Або-Оландской укрепленной позиции. В полной мере к ликвидации приступили в январе 1918 г.

В апреле 1918 г. Б.Н. Абрамов увольняется с военной службы с перечислением в ратники государственного ополчения.

Несмотря на драматичные события того времени, у Б.Н. Абрамова на всю жизнь сохранились любовь к флоту, военная выправка, глубокое понимание офицерской чести. Об этом свидетельствовали многие знавшие его люди. Среди них – Юрий Петрович Бургасов, подполковник, прошедший Великую Отечественную войну, и почётный гражданин г. Венёва. Он вспоминал: «Борис Николаевич был кристальной чистоты человек. Для него честь была дороже жизни. Таких офицеров, как он, я знал очень немного»3.


_________________

1 Статья подготовлена по книге Владимира Васильевича Журавлева «Ораниенбаум. Хронограф Офицерской Стрелковой Школы» (СПб, 2013 г.).

2 Н.Г. Отчет Царскосельской стрелковой офицерской школы Курса 1861-2 года. Раздел "Личный состав" // Оружейный сборник. 1863 г., № 1.

3 Горская Е. «Духом мы были едины…» // Восход. 2009. № 5 (181), Май.