Борис Николаевич Абрамов духовный ученик Н.К. Рериха и Е.И. Рерих
Н.Д. Жарий
сотрудник СибРО,
г. Новосибирск

Коллекция живописи Б.Н. Абрамова в фондах новосибирского Музея Н.К. Рериха


  

В фондах Музея Н.К. Рериха в Новосибирске хранятся 13 рисунков, выполненных графитовым карандашом и 17 акварельных рисунков Бориса Николаевича Абрамова. Все они принадлежат к харбинскому периоду жизни Бориса Николаевича и представляют особую ценность фондов Музея Н.К. Рериха.

Интересна история этой коллекции, положившей начало художественному фонду подлинников нашего музея.

Наталия Дмитриевна Спирина рассказывала, что после ухода с земного плана её учителя, Бориса Николаевича Абрамова, она смогла поехать в Венёв только спустя два года, в 1974 году. В этот её приезд вдова Бориса Николаевича, Нина Ивановна Абрамова, передала ей на хранение папку, в которой было 16 акварельных и 13 карандашных рисунков.

Позже коллекцию пополняет ещё одна акварель — Александра Сергеевна Падерина из Екатеринбурга передала Сибирскому Рериховскому Обществу семнадцатый рисунок Бориса Николаевича с изображением нарциссов, подарок автора ко дню рождения её мужа — Аркадия Семёновича Падерина.

Кроме того, у Наталии Дмитриевны так же хранилась цветная репродукция Бориса Николаевича, полученная от О.А. Копецкой, которая имела у себя оригинал. Поскольку нам неизвестна дальнейшая судьба оригинала, репродукция эта была принята в основной фонд музея и по значимости своей приравнивается к подлинникам.

Первая публикация рисунков была осуществлена в 1997 году в журнале СибРО «Перед Восходом». В этом же году, к столетию со дня рождения Бориса Николаевича, рисунки были оформлены в рамы и впервые выставлены для широкой аудитории в фойе Дома офицеров, где проходила юбилейная конференция.

К этой же дате было приурочено первое издание сборника «Устремлённое сердце», подготовленного к выпуску Наталией Дмитриевной Спириной. Это была первая книга, посвящённая Борису Николаевичу Абрамову, в которой говорилось о нём и о подвиге его жизни. В оформлении издания очень удачно использованы 8 карандашных рисунков Бориса Николаевича — они не просто стали оригинальным дополнением, но и внесли особую ноту торжественности в издание.

Тогда же был выпущен набор открыток с акварелями Бориса Николаевича. Наталия Дмитриевна говорила: «Имя Бориса Николаевича Абрамова известно многим по изданиям его записей под названием «Грани Агни Йоги». Но не все знают, что Борис Николаевич был также одарённым писателем и художником. Он оставил нам свои рассказы и стихи, а также ряд акварелей, отличающихся особой оригинальностью. Среди них имеются символические картины и пейзажи. Сам автор не давал им названий и не комментировал их содержание. Специально живописью Б.Н. Абрамов не занимался и рисовал по настроению, время от времени».

В 2000-2001 гг. начинает выходить в свет серия брошюр «Искры Света», где публикуются записи Н.Д. Спириной из бесед с Б.Н. Абрамовым. Эта серия вызвала большой интерес рериховцев, брошюры были узнаваемы по акварелям, которые репродуцировались на обложках.

Живопись Б.Н. Абрамова необычна, полна глубокого смысла. Она отличается суровой простотой, работы невелики по размеру, но это не сказывается на их восприятии — впечатление они производят огромное.

Свои размышления о жизни художник выражает и в пейзажах: холмы, реки, перелески — просты, композиции построены на плавном, замедленном течении линий, что вносит ощущение тишины, спокойного величия природы, погружённой в раздумье.

На переднем плане этого речного пейзажа, чётко прорисованы камни и сломанные деревья, что навевает мысли о бренности всего живого, а уходящая вдаль бескрайняя гладь реки создаёт ощущение безграничности пространства, заставляя задуматься о непрерывном течении жизни.

В Записях Бориса Николаевича встречаются такие слова: «Река жизни течёт в океан Беспредельности. (…) Вечно сущая жизнь уявляется во временности форм своего выражения, и временное становится выражением вечного. Осознать уявление вечного во временном будет победою духа над ним, преходящим, и постижением тайны себя самого, ибо дух вечен» (14.08.1960 г.).

На одном из рисунков — узнаваемый сюжет по мотивам рассказа Бориса Николаевича «Сила мысли». Композиция изображена в монохромных тонах. Слева — пустынный пейзаж. Справа — красно-коричневые каменные глыбы, на самой большой из них просматриваются более светлые по тону очертания человеческой фигуры.

В рассказе говорится о том, как некий Афанасий Ивановичем Неверин утвердил себя в мысли о конечности жизни, поставив печать отрицания на своём будущем. И как это его убеждение создало «для него каменные узы, в которых и пребывал он после своей смерти в том мире, где всё движется, где всё утверждается мыслью, где мысль царствует».

«Так, каждый пожинает плоды своих мыслей, то есть… творит условия своего существования в этом мире ином, где все создается мыслью…» (14.08.1960 г.)

Следующая оригинальная композиция, по своим размерам близка к квадрату — формату, который наиболее полно передаёт ощущение завершённости. Строгий коричневый колорит с оттенками разной интенсивности от тёмно-коричневого до светло-бежевого. Массивная стена, с чёткими гранями больших камней, в стене деревянная дверь, пред дверью каменные ступени. К двери по камням снизу вверх идёт тропинка. Перед ступенями в голубом одеянии силуэт человека в коленопреклонённой позе перед заветной дверью. Стена делит пространство картины надвое, и взгляд словно затягивает открывающийся по ту сторону стены, в правой части композиции, речной пейзаж с высоким берегом, поросшим деревьями, безоблачное нежно-розовое небо и плывущая по зеркальной поверхности реки лодка. В лодке двое: одна человеческая фигурка в носовой части, другая сзади с веслом. Мягко, по-живописному тонко изображен, казалось бы, реальный и в то же время иной, параллельно существующий мир.

Перед нами горные вершины, окрашенные розоватым блеском зари, каменная башня, Образ Духовного Учителя. Видно, что Он стоит очень высоко, физический мир уступает место иному, Миру Высшего Бытия.

Читаем в записях Бориса Николаевича: «Учитель поверх всего, ибо от Вечности. И Вечность поверх накипи жизни обычной. Беспредельность над малой Землею, и она, как песчинка снега в беспредельном пространстве среди миллиардов звёзд».

«Учитель сверху Видит, как лежит путь, к чему ведет каждый переход и направление каждого. Потому вера в Водителя незримого нужна. Не может она колебаться от случайностей путей. (…) Явления, созерцаемые вовне, идут за стеной цитадели. Они созерцаются с дозорной башни, отделенные от внутреннего мира прочными стенами. Струны духа от внешних прикосновений бдительно оберегаются. Не надо звучать на рычание голосов мрака. Их можно слышать и можно видеть оскал страшных обличий, но вибрировать в унисон с дисгармоническими вибрациями темными нельзя. В этом дозор и охрана». (1952-2, 653)

Мы подошли к акварелям, в которых Борис Николаевич так пронзительно и так образно говорит о Высшей Защите, иметь которую мечтает каждый живущий на Земле. О ней молят Господа в церкви, в критические ситуации жизни о ней думают и к ней взывают люди неверующие.

В Записях Бориса Николаевича Абрамова много сказано о том, как мы должны строить свою жизнь и что делать, чтобы постоянно находиться под покровительством Высшего: «Из Башни протянуты Руки и льются Лучи Света, из тьмы протянуты когтистые мохнатые лапы и устремлены лучи тьмы, лучи-стрелы чёрных огней, а вы посреди, и в вашем сознании, как скрежет мечей, сталкиваются энергии двух полюсов жизни, идущие от фокуса Света и идущие от полюса тьмы. Сознание с теми пребудет и в тех, к которым обращено сердце, делая себя тем недоступным и непроницаемым для лучей, которым сердце закрыто. (…) И если можете сказать: «Идёт тьма мира сего, но не имеет во мне ничего», тем утверждаете, что элементов притяжения тьма в вас не имеет. Тогда бессильна она и все полчища адовы [не могут] вас сокрушить. Так крепко Владыки держитесь в эти последние дни». (1958 г., 272)

О значении и роли искусства в эволюции духа человеческого много сказано в Записях Бориса Николаевича: «Воспитательное значение искусства не понимается всесторонне. О некоторых сторонах этого вопроса умалчивается вовсе по невежеству. (…) Искусство учит не только смотреть, но и видеть, не только слушать, но и слышать. Ибо смотрят и слушают все, но видят и слышат немногие» (24.02.1960 г.).

«Удел человека — творить. Ценен и целесообразен лишь труд творческий. Без огненной мощи творящей не построить Нового Мира. (…) Искусства учат упражнять и обострять чувство слуха, зрения, ритма и чувство прекрасного — словом, все способности человека, и в этом его величайшее значение». (20.02.1960 г.).

Сколько всего художественных произведений было создано Борисом Николаевичем, точно сказать в данный момент не представляется возможным. Так, в его Записях за 1952 г. идёт речь о его картине, нам пока неизвестной.

В письме Бориса Николаевича к Елене Ивановне Рерих от 6 июня 1952 г. также упоминаются картины, о существовании которых нам тоже ничего не известно. Он пишет: «Помните, я говорил Вам о трёх картинах, нарисованных мною. Одна касалась нашего Любимого [Николая Константиновича], другая — Матери [Елены Ивановны] и третья — В[еликого] В[ладыки]. Мечтаю видеть их на большом полотне в Музее нашего Любимого».

Своеобразие творческой индивидуальности проявляется в воплощении столь необычных сюжетов, и в этом их великое достоинство. Можно сказать, что в красках художник находит выражение и своего личного опыта. Путь нелёгкий, горний, которым шёл он сам, а приобретаемые знания старался запечатлеть всеми средствами, данными ему свыше. Шёл упорно, настойчиво, преодолевая стихии внешние и внутренние, и оставляя вехи на этих неимоверно сложных путях восхождения для тех, кто посмеют дерзнуть вслед за ним пройти этот путь.

Наталия Дмитриевна в своём слове «Подвиг земной и надземный» так сказала о нём: «Тридцать лет его жизни прошли перед моими глазами. Тридцать лет непрестанного подвига, земного и надземного. По-земному ему было очень трудно. (…) Борис Николаевич выполнял свой долг, несмотря ни на какие препятствия».