Борис Николаевич
Абрамов

2.08.1897 – 5.09.1972

деятель культуры,
мыслитель, духовный ученик
Н.К. Рериха и Е.И. Рерих

Борис Николаевич Абрамов духовный ученик Н.К. Рериха и Е.И. Рерих

Сергий Радонежский – «Сужденный Спаситель Земли Русской»


Учение Живой Этики о Сергии Радонежском

Образ Сергия Радонежского в «Гранях Агни Йоги»

Б.Н. Абрамов. Наш жизненный путь – тернистый...

Н.Д. Спирина. Небесный человек

Н.Д. Спирина. Сказы о Сергии

Н.Д. Спирина. Стихи о Сергии


Учение Живой Этики о Сергии Радонежском


Н.К. Рерих. Святой Сергий Радонежский. 1932 г.
Н.К. Рерих. Святой Сергий Радонежский.
1932 г.

Зов. 23.09.1922. Книга о жертве.

Когда Сергий из Радонеги уклонился

От престола Митрополита,

Когда Он стремился говорить со зверями,

Он все же остался строить дома Общежитий,

И Он сохранил около Себя учеников.


Озарение, ч. 2, гл. III, 11. "Иже успеет услышать своего духа голос, над бездною вознесется". Так говорил Сергий.

"И ушедший в леса не может слышать речь людскую, и на ложе уснувший не услышит птичек, солнца возвестников. И чуду явленному молчащий откажется от глаза. И молчащий на брату помощь занозу из ноги своей не вынет". Так говорил Сергий.

О Сергии придется сказать, народ захочет узнать о Нем. Так положим краски на Лик Сергия. Расцветив, рассказав жизнь и пословицы Его.


Озарение, ч. 2, гл. VIII, 8. Кто несет знание будущего, тот может смело идти даже по шатким камням. Удача, когда конец прекрасен. Удача, когда можно погрузиться в новую дорогу.

Желание уже есть часть исполнения. Мужественно подвигайтесь к Свету.

Разлука есть преддверие свидания. И Сергий говорил: "Надо отойти, иначе не встретиться".


Озарение, ч. 3, гл. VI, 4. Истинно, век черный кончится возглашением Общины! Сергий рубил ее топором, Бёмэ колотил молоточком. Учитель Будда руками слагал. Христос мост ей приготовил. Самый древний Учитель сказал: "Не вижу вещей, которыми владею!"


Сердце, 21. Кроме того, избегайте споров о бесспорном. Удивлялся недавно спору между последователями Жанны д'Арк, Сергия и Моисея. Каждый уверял, что его Предстатель не согласуется с другим. Между тем, зная Истину, прискорбно было слышать эти выдумки, сочиненные для разъединения. Пусть не вместе, но хотя бы не бились лбами, ведь рога вырастут!


Н.К. Рерих. Сам Вышел. 1922 г.
Н.К. Рерих. Сам Вышел. 1922 г.

Мир Огненный, ч. 1, 157. К чему устремимся, к конечному или беспредельному? Краткосрочно земное пребывание, срочны Миры Тонкий и Мысленный. Но вне сроков Мир Огненный, значит к нему и следует стремиться. В мирах срочных добывается доспех огненный. Мир земной, как тупик пути – или восхождение или разрушение. Даже Мир Тонкий не удовлетворит устремленный дух. Все прочие жизни лишь приготовления к всеобъемлемости Мира Огненного. Слабый дух ужасается расстоянием до Мира Огненного, но прирожденные к восхождению духи могут лишь радоваться. Прекрасны красоты плотные, но ведь музыка сфер несравнима. Но за этим тонким прозрением представляется Величие Огненное. Озон кажется здесь посланником Свыше, но он будет грубейшим проявлением атмосферы. Высока Лазурь земная, но она, как шерсть перед просветлением огненным. Так входящие в Огненный Мир не могут дышать воздухом Земли. Именно Нирвана есть огненное восхождение. В каждом Учении находим символ этого огненного восхождения. Сергий причащался огненно. Так наглядно дан знак возможности высшей. Придет время, и оно близко уже, когда люди не будут знать, как принять огненные возможности. В смятении забудут, что суждено огненное приобщение. Они будут изощряться в противодействии вместо наполнения силою Огня. Потому Твержу и Напоминаю о нужном огненном приобщении.


Мир Огненный, ч. 2, 116. Действительно, самая высшая магия ничто перед ликом Огненного Мира. Можно убедиться, что магия может состязаться с силами темными, но Огненные Существа нежданны даже для высшей магии. Вы уважаете Святого Сергия, но разве Он где-нибудь допускал магию? Он даже не разрешал умное делание, но, между тем, Он имел пламенные видения. Лишь труд, как возношение сердца, допускал Он. В этом Он опередил многих духовных путников. Мы говорим о сердце, но именно Он нашел силу этого источника. Даже страхованиям Он противостоял не заклинаниями, но молитвою сердца.


Мир Огненный, ч. 2, 377. Умышленные, внешние аскетические приемы не что иное, как тщеславие и самопочитание. Помните, Святой, вами почитаемый, не мог быть внешне отличен глазом новопришельцев. Так Он показывал, что внешность не есть огненное тело. И такое размышление полезно на пути к Миру Огненному.



Образ Сергия Радонежского в «Гранях Агни Йоги»


Гр.А.Й. 1952 г. 431. Нескончаемость веков наложила на Нас и Нашу работу особый отпечаток. На Земле Живем вне обычного измерения времени. Те же сутки, те же часы и минуты, как и у вас, но ими измеряем тысячелетия. Вы измеряете годами, в лучшем случае – десятками лет. Мы – тысячелетиями. Шаг тысячелетий – Наш шаг. И дела Наши, и планы, и распорядок работ идут по тысячелетнему графику. Зная непреложность закона причинности, последовательность дней будущих столетий Рассматриваем как непрерывную цепь причин и следствий. Не туманные предположения, но точный прогноз, вернее, усмотрение картин будущих построений. Потому этапы Нашей деятельности на Земле в оболочках тех или иных исторических личностей есть заложение магнитов будущего, которые в грядущих веках дают свои непреложные следствия. Давали, дают и будут давать. Не Говорю о деятельности Упасики, заложившей основу того, что дается ныне в виде Учения Жизни. Слишком близок срок. Но Акбар – Собиратель Индии, Сергий – Строитель Земли Русской – два примера деятельности Иерархов, в прошлых веках сложившие магнитные громады того, что ныне принимает конкретные формы созидания построения планетно-космического масштаба. Два колосса-народа одного Иерарха, объединенные Светом Твердыни, дадут миру новые формы небывалого расцвета культуры на началах принципов Нового Мира. Так Наши дела вековой давности свежесть имеют в себе неувядаемую, ибо величие грядущих построений всего лишь этап, или ступень к еще большим высотам будущего. Краткие формулы Моего Учения, именуемого Евангелием, веками служили пищей устремленных духов. Давая их, Знал. На сколько же веков дается Огненное Учение Йоги! Сколько тысячелетий будет оно светочем человечества! Давая Учение – Знаем.


Н.К. Рерих. Сергий Строитель. 1925 г.
Н.К. Рерих. Сергий Строитель. 1925 г.

Гр.А.Й. 1952 г. 434. (Сент. 3). Пространственные энергии принимают форму, лишь соприкасаясь с сознанием человека. Центр трансмутирующий – его назначение. Энергии, не оформленные человечеством, уносятся в пространство без пользы для планеты. Степень восприимчивости указывает на близость к Иерархии. Чем она выше, тем ближе к верху Иерархической лестницы. Воспринимающее и трансмутирующее сознание значит сознание, дающее Земле дары Неба. Символ Дающего есть знак Иерархии. Исказители и обезображиватели даров Неба не есть дающие. В широком смысле цветок приносит пространственный дар Земле в виде кристаллизованных огненных энергий, явно ощущаемых, например, в запахе розы. Но Говорим о высших огненных энергиях, доступных лишь трансмутации духом человека. Их преломить, оформить и плоды дать планете есть форма высшего служения. Как бы конденсируются лучи пространственного Света. И этот Свет, почерпнутый и притянутый из пространства, уже явно кристаллизованный, сияет из сердца Ашрама. Жизнь Сергия результат дала следующий: в гуще нехоженого леса у очага накопленного был заложен световой узел магнитного напряжения большой силы. Пространственный Свет путем долголетних, постоянных, упорных усилий, то есть Служением, был сконцентрирован и собран в одном пункте, чтобы незримо сиять и быть магнитной (свето-) основой целого государства и великого народа. На далекие грядущие века Великий Подвижник, Великий трансмутатор космических энергий плоды своей многотрудной жизни Дал любимому народу. Конечно, растения тоже трансмутаторы, но все цветы мира не смогли бы дать то, что Дал Он – кристаллизованный синтез высочайших и тончайших энергий, оформленных в огненном горниле Его Огненного Духа. Идущие Его путем уподобляются собирателям Космических Сокровищ – даров Неба. Трансмутированные огненные энергии питают Землю, не оформленные сознанием – улетают в глубины Космоса, не дав ничего Земле. Велико значение трансмутирующей силы человечества, но не осознано и не применено. Я Учу вас, коснувшихся знания, стать на путь сознательного приношения планете огненных богатств, льющихся из пространства. Твердыня Света – мощнейший кристалл преломляющий, питающий Землю. Одиночный провод связывает сознание непосредственно с этим центром дающим, пространственный – с резервуаром Космоса. Последний труднее и требует крепкого умения стоять на своих собственных ногах. Владыки Пользуются пространственными проводами. И Их задача – вывести сознание ученика в океан пространства. Когда-то большинство человечества приобщится к океану пространственных Знаний. А пока – лишь единицы. Но пространственный провод для ученика обусловлен связью с Иерархией. Иначе сознание, не ограниченное формой, или каналом, разлетится и рассеется под вихрем магнитных напряжений необъятной разнообразности. Ибо Иерархия есть Фокус, передающий и воспринимающий. В башне Моего Духа найдешь все нити пространственных связей. Потому крепко держись за Меня. Степень крепости прилепления духа есть степень получения. Те, Руку Мою отвергшие, получают блеск фальшивых камней. И идут, нагруженные стекляшками, принимая их за драгоценные камни. Нужны опыт и знание, чтобы распознавать камни. Вот и ты Сокровища Моего Духа отливаешь в форму, чтобы принести и дать миру. И благо тебе, понявшему труд свой. Так преломляют и приносят в мир все посланники Наши. И чем ближе сознание к Нам, тем чище, яснее и кристальнее преосуществление даров Иерархии. Потому охрана чистоты провода твоего духа есть дело планетного значения. Потому храни непоколебимость спокойствия, дабы в призме кристалла твоего сознания не потускнел и не исказился Свет Мой. Как драгоценный сосуд, охрани Чашу принимающую. Не допусти мохнатого вторжения. И Чашу неси нерасплесканной. И Лик Мой увидишь, надо только потрудиться. А потрудиться стоит. Среди дня пустые минуты заполни полезным упражнением, и времени окажется много. Лик Мой есть стержень планетной жизни духа, ибо Он есть внешнее выражение Моей Сущности. Соприкасаясь с Ним, с Сущностью Моей соприкасаются, то есть входят в Общение. Потому Тайна Лика велика есть и доступна лишь ближайшим. Лик есть Свет сгущенный. Вводя Лик в сердце и третий глаз, Свет Мой утверждаешь в себе. Велико значение Лика – и центр трансмутирующий Моей Мощи переносишь в сущность свою. Потому Говорю, что Я, пребывающий в тебе, Творю непрестанно. И если хочешь встать на путь могущества и власти, твори Ликом Моим и мощью его, в тебе утверждаемой; Мною твори и свершай дела силою Моею. Ее Даю! Не ты носитель ее, но Я, Мощный и Вневременный в тебе, Несу огненную силу власти. Итак, пребудь во Мне, со Мною, и сила Моя сольется с тобой и будет твоей.


Н.К. Рерих. Сергиева пустынь. 1933 г.
Н.К. Рерих. Сергиева пустынь. 1933 г.

Гр.А.Й. 1952 г. 494. (Окт. 8). В день памятный и Запись будет памятная. Почему нужно памятование и почему дается цепь дней? Дабы помнить и цепь их, уходящую в будущее, не прерывать. Эти дни в той или иной форме есть связь с Вьющим. О Высшем памятование усиливается, и тот, чья память утверждается, ответствует памятующим. В эти дни можно подойти ближе и ощутить нечто, в обычные дни не улавливаемое. Так связь усиливается. Сознание настраивается на определенный лад, и близость углубляется. Потому дни памятные можно рассматривать как усиленные знаки пути все туда же, к Вершинам. В дни памятные можно получить далекую весть, если сознание позволяет. Ибо при осознании прозорливость ощущений возрастает. Но особое значение памятных дней кроется в их коллективном объединяющем значении. Эти дни есть дни единения близких, связанных одной идеей или даже сознаний целых народов. И чем больше сознаний входит в круг объединения сознаний, устремленных к одной Индивидуальности, тем мощнее сила, устремленная вверх, сила, соединяющаяся с данной Индивидуальностью, и тем реальнее сущность ответной вибрации, идущей сверху. Дни памятные в правильном их понимании при выросшем сознании народа жизненны. Так дни памятные – это моменты коллективного аккумулирования пространственных огненных энергий, когда головы множества людей обращены к небу. Чем выше и сознательнее ступени устремленных духов, тем более собирается огненной мощи и тем значительнее служение. Но при обычном обывательском отношении следствия убоги. Так магнит сознания определяет и значимость памятного дня и индивидуально, и коллективно. Водитель Избранный, стоящий на дозоре блага любимого народа, усиливает сознание каждого устремленного к Нему. Эти дни можно назвать «Дни утверждения мощи Преподобного Сергия». Он, живой и реальный, стоящий на страже счастья родимой Земли, сынам ее, к Нему устремленным. Дает силу сознательно и огненно приобщиться к великому строительству Незримого Града, уже явно и на Земле утверждающему грани своих уявлений. И огненно приобщившиеся становятся Его воинами. Единение в духе, единение огненное есть основа светлого строительства. Памятные дни усиливают огненный процесс незримого созидания, как бы шире открывая врата Нового Мира. Весть незримую получает каждый, но по сознанию и устремлению. Единения действия приветствуются. И Рука Его, Воеводы Земли Русской, Водителя и Строителя – над всеми созидательными энергиями духа сынов ее. Велико объединительное значение памятных дней в грядущих веках объединенного человечества. Памятованием и утверждением великого подвига великого Подвижника Земли Русской закончим.

 

Гр.А.Й. 1952 г. 533. И через одиночество надо пройти. Одиночество – удел избранных. Только сильные духом выдерживают его. Умирает человек в одиночестве. Один умирает, лицом к лицу с самим собой, а также и родится, устремляясь один в материю. И Я на кресте Был Один, и Жанна д'Арк на костре – одна. Все великие подвиги духа совершаются в одиночестве. И сколько раз возлюбленная братия оставляла Сергия одного, от Него отделяясь в духе. Даже уходил от них в то же неизбежное великое одиночество. Индивидуальность накоплений обуславливает это одиночество.


Записи Б.Н. Абрамова из книги «Устремленное сердце».

121

О Преподобном Сергии.

Священный героизм

Ушедший приходит, отказавшийся вмещает, отдавший принимает. Титан духа, принявший на себя судьбу великой страны. Дух её поднявший, не только внешнее устроение и одоление врагов. Заложивший камень будущего основания. Единосущный огню и с огнём нераздельный, огнём побеждал всё.

16 июля 1952 г.


122

Героизм духа есть наивысший. Не тело жертвовал, но дух закладывал в основание Новой страны. Цементировал собою построение новой жизни. Потому слит с Высшим нераздельно, и неотделимо там всё лучшее от Него. И, пропитав Собою, поднимает за Собою. Тяжка ноша и долог труд, но на Служении не считают дней и не взвешивают нош. Только вложив душу свою, потеряв её в деле порученном, можно совершить предназначенное. Не велика помощь от стоящих в стороне. Немногие умеют так вкладывать себя, но на этих немногих Вкладах держится мир.

18 июля 1952 г.



Н.К. Рерих. И мы трудимся. 1922 г.
Н.К. Рерих. И мы трудимся. 1922 г.

Гр.А.Й. 1953 г. 164. … Воле подчиняется все. Но степени её различны. От обывательской, себя не осознавшей, до планетной и космической. Воля есть огонь в действии… Архат свои действия убирает из сферы обычного. Он творит мыслью. Воля направлена в область стихийной материи мысли. Из нее создает он ясные, четкие, точно оформленные картины – прообразы будущих действий или утверждений. Но выполняет их не он. Частицы незримой светящейся материи, образуя живую, динамичную, вибрирующую огненной энергией форму, привлекают к ней элементы материи плотного мира, сгущают их и, стягивая в орбиту её притяжения и людей, и дела, и обстоятельства, нарастают, подобно снежному кому, по осевым линиям основного кристалла мысли, как нарастает кристалл в концентрированном растворе. Силой кристалла первичной основной мысли идёт нарастание в пределах и орбите, намеченных первичным кристаллом. Как в семени лотоса скрыт весь цветок, дающий завершенную со временем форму, как в любом семени скрыт плод и форма будущего растения, так и в зерне первичного, порождаемого сознанием для действия кристалла мысли, сосредоточена картина того, что должно быть уявлено потом в мире плотном. Кристалл первичной мысли всегда даст нарастание и всегда притянет и выявится в плотных условиях, как только они явят почву или соберут к себе элементы, необходимые для их кристаллизации или оформления уже в плотных условиях. Так Сергий Заложил в сердце страны огромный магнит кристаллизованной мысли. Этот кристалл наращивал элементы, времени и эпохе соответствующие. Но ныне условия почвы, или среды, изменились. В ней появились новые богатые условия, годные для проявления, и кристалл действует мощно, творя притяжение и создавая построение огромное, сложное, уже в гигантских масштабах. Мысль, кристалл мысли, внешнее построение, или результаты, даёт всегда, но во благовремении, то есть как только внешние условия будут иметь в себе материал, из которого можно строить по осям притяжения.


Гр.А.Й. 1954 г. 256. (…) Можно любить людей, можно помогать им, можно жизнь свою отдать за них, но даже и это не освобождает дух от великого одиночества своего. В тишине безмолвия, когда начинают звучать шаги Вечности, великое познание одиночества духа приходит. И к этому испытанию также нужно быть готовым. Это испытание Архата. Оно бывает лишь на высокой ступени. Чем выше поднимается дух, тем меньше становится у него близких. (…) Великие испытания в великом одиночестве совершаются. Вспомним, как Сергий оставил любимую братию. Вспомним, в каком одиночестве при непонимании окружающими проходили свою жизнь великие люди. Как они были преследуемы, поносимы и подозреваемы. Скольких предали смерти, скольких заклеймили именами позора, скольких осмеяли и унизили. Одиночество – удел великих. Одиночество надо понять и в сфере его силу свою осознать, беспредельную силу духа, дерзающего устремиться в сияющую Беспредельность.


Гр.А.Й. 1954 г. 337. Без труда нет продвижения. Если укажут на отшельников, скажите: отшельничество плодоносно лишь при известных накоплениях, когда тонкая деятельность на Планах Невидимого заменяет деятельность земную. Но это верно лишь только отчасти: знаете, как трудился Сергий. Лучше сделать скучную работу блестяще и с подъемом, чем концентрироваться на мизинце.



Н.К. Рерих. И мы не боимся. 1922 г.
Н.К. Рерих. И мы не боимся. 1922 г.

Гр.А.Й. 1955 г. 444. …Так Мы Делим человечество на рабов и свободных. В духе – свобода и рабство. Свобода одна – свобода от цепей материального мира. Не проста эта свобода. Надо любить Землю, жизнь и людей, понимать ценность плотной эволюции, и в то же время иметь свободными крылья. Соломон, Сергий, Акбар Великий и другие Были свободные духом, свободные в духе, и власти над ними не имела Земля. Учитель Указывает, как идти по вершинам. По низинам не дойти. Надо лишь помнить, что как бы ни сгустились тучи, Солнце над ними всегда, даже ночью... в пространстве. Надо лишь помнить, что крылья даны, чтобы духом подняться над кажущейся безвыходностью плотных набухших условий. На бесконечной звездной дороге жизни малым и жалким покажется круг призрачной земной безысходности. Владыка есть Солнце Жизни. К Нему духом можно обратиться всегда – ибо Оно всегда над Землею – и получить касание Его светоносных Лучей. Нет, не заказаны пути духу! Надо лишь знать. Учитель знание Дает свободу свою утвердить. «Приходящего ко Мне не Изгоню вон» – так Сказано давно. Надо лишь взор свой обратить к немеркнущему Солнцу Жизни.


Гр.А.Й. 1956 г. 371. (Гуру). Добавьте и от меня. Идут на подвиг, но не для ублажения своих вожделений. Напутствие даю. Хранить Преподобного Облик как мощи ведущий магнит, в сердце хранить, хранить как щит, как высшее, что имеют. Пусть учатся мечом огненной мысли рассекать сложность жизненных условий. Пусть гордиев узел и меч Александра им символом будет. Мысль превыше всего. А мысль, объединенная с силой Сергия, непобедима и несокрушима. Мыслью такою пройдут они там, где пути и дороги заказаны. А вы с Ним идите, Воителем Светлым – таков мой завет.


Гр.А.Й. 1957 г. 212. Чем выше дух, тем ярче и определеннее выявляется его Индивидуальность через свои очередные оболочки. Но сканды сильно изменяют формы этого проявления. Конечно, Великое Служение совершается всегда Духом Высоким, но формы его выражения необычайно разнообразны. Это можно увидеть, сравнив жизни Акбара, Соломона и Сергия Радонежского. Так время, эпоха и народность накладывают свои краски на выражение кармических энергий, накопленных духом, даже у Сущностей очень высоких. Можно назвать это созвучием с окружающей реальностью внешних условий. Истина остается единой, формы ее выражения подлежат срокам и требованиям эпохи. Отсюда вывод: возможности, даваемые каждым воплощением, неповторимы и их нельзя упустить. Кто знает, когда и где снова они повторятся, быть может, уже никогда. Во всяком случае, аналогичные сочетания условий возможны, но точное повторение – никогда. Понимание этого научит ценить то, что неповторимо, и не упускать возможности жизни текущей. Часто упрекаем себя в том, что что-то в свое время не ценили, тем больше надо ценить неповторяемое и держать глаза открытыми на то, что нам жизнью дается.


Н.К. Рерих. Сергиева пустынь. 1936 г.
Н.К. Рерих. Сергиева пустынь. 1936 г.

Гр.А.Й. 1957 г. 438. Сергий, Акбар, Соломон... Книгу Жизни великого духа прочитать не дано, ибо сознание не вместило бы Тайны. Но уже знаете, что Великая Индивидуальность в каждой отдельной жизни своей Обращается к людям одной из своих граней. Увидеть Сокровище, накопленное Ею, во всем его великолепии и полноте времени для землян не пришло, ибо ослепли бы очи их от сияния несказуемого. Преображение Спасителя в присутствии учеников свидетельством служит, что невыносим для глаз человеческих Свет Высший, и даже глаза видевших Его в земной оболочке и привыкших к Нему выдержать Свет не смогли. Потому Книга Жизни Великого Духа замкнута семью печатями. Одна из них снята, дабы люди проблеск в Тайну имели. И в лице Соломона, Акбара, Сергия и других разрешено ищущим увидеть единую нить единой жизни Единой Индивидуальности. И кто же из смертных сможет умом своим смертным проникнуть за завесу Тайны, чтобы постичь ее всю, от края до края, от начала времен до конца? Но, сосредоточиваясь мыслью на образах данных, можно приблизиться к ним и сердцем почуять глубину невыразимого словами. Если сердце открылось навстречу Лучу Иерарха, приближение к Тайне становится возможным. При приближении следует помнить, что сознание может вместить только малую долю величия огненного той Великой Индивидуальности, к которой стремится оно подойти. Чем шире сознание, тем больше в состоянии оно охватить. (…) Расширенное сознание и больше вместит. И мысль устремленная сможет посильно объять цепь Образов, Данных Единой Индивидуальностью, Уявившей Себя людям в веках. Прошлое следует знать. О прошлом следует поразмыслить, дабы стали яснее и ближе ступени грядущего будущего, в котором обещан приход Владыки Майтрейи. Без прошлого будущего не понять, и величие Нового Прихода полным не будет для них, не протянувших нити понимания жизней Единой Индивидуальности в тысячелетия, которые прошли. Но объединив все эти жизни в единую нить Света, можно сердцем почуять величие Грядущего Света. И пусть светоносность этого великого Духа, явленная в веках, ручательством будет мощи победной Владыки Майтрейи, Идущего в мир.


Гр.А.Й. 1958 г. 1038. (854). (М.А.Й.). Если Сергий в лесах, будучи один, Творил великое дело, то как же служитель Общего Блага может говорить о том, что труды его и жизнь его не будут полезны? Служение заключается в несении Света в собственной своей ауре. Без этого условия никакое Служение невозможно. Просто в микрокосме своем нести Свет людям – в этом весь смысл. Люди же ищут решение вопроса в чем-то другом. Но другого решения быть не может. Так Свет несущий уже этим одним совершает Служение Свету. И никакие дела, и никакие слова, и никакие условия не сделают Служение Свету таковым, если аура не светоносна. Надо смотреть в корень вещей и их сущность. Вы стремитесь совершить ряд дел и считаете, что именно в этом назначение вашей жизни и миссия ваша, а я говорю вам, что она в том, чтобы излучениями своими вносить Свет в сумерки жизни и Свет людям давать даже без слов. Такой подвиг называем молчаливым. Он труднее всех дел. Другого понимания подвига, не состоящего в несении Света, быть не может.


Гр.А.Й. 1958 г. 151. (104). (М.А.Й.). …Один в поле воин. Воины-одиночки – герои. Учитель по пальцам Считает учеников и на множество никогда не Рассчитывает. Столкновение с тьмою и борьба за Свет ведется индивидуально. Решали историю сильные духи. Множества же лишь шли за ними. Учитесь в одиночестве битву вести. За вами Владыка, и Братство – опора. Вас мало, их много. Но что же из того. Христос был один. Был Сергий один. Одиночество – удел Духов Великих. Всем пришлось пробивать себе путь среди чудовищного непонимания и противодействия. И все победили. Мы победить вам поможем.


Гр.А.Й. 1958 г. 817. (Гуру). Когда путь сосредоточен внутри, можно идти, и притом независимо от внешних явлений. Они действовать будут, они не могут не влиять, но все же им не разрушить пути, что внутри пролегает. Сергий Совершал свой подвиг в лесах, йоги – в горах уединенных, Христос Удалялся в пустыню. В одиночестве творят музыкант, художник, поэт. Изнутри черпают они свой творческий огонь, ибо все – внутри человека, даже Царствие Божие. Внешнее же – как кремень и удары кремня, высекающие искры и дающие пламя из сущности духа. Внутренней силой идет через жизнь человек, понявший, что огненный источник беспредельных возможностей заключен в нем, внутри.


Гр.А.Й. 1961 г. 248. (М.А.Й.). …Зримая Близость Владыки зависит не от того, в каком теле пребывает его ученик, но от многих других, привходящих условий. Кто был близок Ему на Земле, будет близок в Мирах. Зримость не всегда обуславливается Близостью. И Соломона, и Акбара, и Сергия видели многие, многие видели и Христа, но из видевших Их близкими были лишь единицы. Не видевших, но уверовавших Ценим больше, чем тех, кто, увидев, поверил.


Гр.А.Й. 1964 г. 602. …Не представляют себе, насколько тонкие отпечатки людских деяний и построений и, особенно, мыслей влияют на психику человека. Вот почему удаляются йоги в неприступные горы или отшельники в дремучие леса. Так и Сергий-Строитель обитель свою воздвиг на новых местах. И сейчас центр культуры планеты переносится [...], на место, где раньше не было ничего. Мудро строится и осуществляется Великий План преображения жизни планеты.


Гр.А.Й. 1964 г. 326. (М.А.Й.). Если бы знали, сколько Мы претерпели от тьмы и ее ухищрений. Если чудища – ножки Престола, то темная свора – неизбежное окружение каждого Фокуса Света. Сколько раз досаждали они и окружали келью Преподобного. Спасителя искушал сам сатана. В мире светотени Свет отемняется тьмою, чтобы сиял еще ярче. Природа Света уничтожает тьму, потому темные подползают через сереньких и почти беленьких. Но неприкрыто начинают безумствовать, когда видят, что все их попытки терпят неудачу. (…) После последнего, особо яростного, приступа темные, видя свое поражение, явно отступят и будут готовить новые ухищрения, чтобы с новою силою напасть, но не будем страшиться, а новым нападениям противопоставим ярое утверждение в сердце Владыки и ярое к Нему устремление. (…) Так темных заставим Свету служить, заставим, заставим, заставим, ибо с Владыкой идем.


Н.К. Рерих. Святой Сергий-строитель (Сотрудники). 1942-1947 гг.
Н.К. Рерих. Святой Сергий-строитель (Сотрудники).
1942-1947 гг.

Гр.А.Й. 1967 г. 203. О Сергии придется еще много сказать. Церковники поспешили облечь Его в золотые ризы и спрятать от народа за монастырской оградой. Но удалось им это только частично, ибо народ почитал Его и почитает, несмотря ни на что. Его канонизировали, возведя на церковный Олимп, и тем как бы умалили Его чисто общественную, политическую и государственную деятельность. А Он Был именно выдающимся общественным деятелем. Он Понял поворотный момент в истории Русской Земли и Повернул ее ход в должном направлении, взяв на себя великую ответственность за исход битвы на Куликовом поле. Он Благословил на нее князя Дмитрия и его рать. Надо было почувствовать и понять этот решающий поворотный момент и положить свой духовный авторитет на Чашу весов истории. И Он это Сделал. Золотые ризы, одетые на Него церковью позднее, не смогли скрыть того факта, что Он Был простой человек и великий труженик. Когда какой-то Его почитатель пришел, чтобы побеседовать с Ним, он не смог отличить Его по одежде от других членов Его Общины: так бедно и неприметно был Он одет. Неверно называть лавру его времени монастырем, точнее считать ее трудовой Общиной, трудовой коммуной, ибо в основе ее лежал труд. Он Принимал деятельное участие в делах Московского государства, помогая князю советами, и лавра являлась как бы духовным центром освобождающегося от татарского ига народа. Недаром назван был Он Воеводою Земли Русской. И если убрать с Его Лика налет церковничества, то увидите под ним государственного, политического и общественного деятеля и вождя, стоявшего на страже родной Земли, взявшего на свои плечи ответственность за ее судьбы. Нелишне вспомнить и то, как в смутное время лавра встала на защиту Руси и что Сергий не раз Являлся ее защитникам, вдохновляя их на ратный подвиг. Его можно также назвать и покровителем истинного искусства, ибо Андрей Рублев был Его учеником и близким Его сотрудником. Многое можно еще сказать об этом Великом Духе, но время еще не пришло. Вспомним всех, кто жизнью своей утверждал строительство Земли Русской. Так твердо скажите всем, кто любит свою великую Родину-мать.

 

Гр.А.Й. 1967 г. 270. (Гуру). Сергий, несмотря на то, что Находился в уединении, вдалеке от городов, Вращал вокруг Себя сознание целого народа. Уединение и изолированность внешняя совсем не означают отсутствие деятельности, а скорее – наоборот, если сознание позволяет. Сознание – это конвейер творящих мыслей. Если он действует активно, творимое благо не может быть измерено никакими инструментами. (…) Умение действовать мыслью будем считать самым высоким.


Н.К. Рерих. И мы видим. 1922 г.
Н.К. Рерих. И мы видим. 1922 г.

Гр.А.Й. 1968 г. 147. Опыт жизни наглядно показывает, что Ашрамы нужны в плотном мире как оплот и защита от хаотических и грубых условий земных. И Твердыня нужна как цель устремления и крепость духа, Свет, равновесие и спокойствие которой не в силах нарушить ничто. Потому в Тибете и в Центральной Азии столько монастырей различной степени светоносности. За их стенами люди пытаются сохранить и удержать то, что невозможно сделать в условиях жизни обычной. И Сергий Обитель свою Основал с тою же целью: Свет накопить и, собрав, сохранить как духовный оплот государства. Так же точно и каждый ученик сознательно или бессознательно старается создать Ашрам или какое-то подобие его там, где ему приходится жить. Конечно, в современных условиях этот Ашрам носит духовный характер. Можно назвать его цитаделью, или домом, духа. По аналогии с Твердыней дом духа строится тоже в трех мирах, и основной его аспект – в Мире Тонком и выше. Для тонкого зрения он окружен Светом и насыщен в той или иной степени светоносными вибрациями его обитателей и вибрациями лучей из Твердыни. Каждый Служитель Света является как бы подвижным Фокусом Света, который меняет место, если приходится ему передвигаться. Башни духа могут быть подвижны. Это обязательно происходит каждый раз, когда расширяется обитель и члены ее выходят в мир. Башни духа поддерживают планетную сеть Света. Ашрамы всех видов светоносности имеют очень большое пространственное значение. Очень важно понять, что цитадель духа есть явление не личного порядка. Не ради себя, но ради пространства и Иерархии утверждается Свет сердца, чтобы светить там, где темно. Потому так нужно удержание равновесия и спокойствия, без которых не могут быть благодетельными излучения микрокосма человеческого.


Гр.А.Й. 1966 г. 449. (Гуру). Моменты радости, подъема и ощущения Близости Учителя долго невозможно удержать в отравленной атмосфере условий земных, но помнить их можно, стараясь провести это памятование поверх плотной обычности. Огни духа прикроем от глаз посторонних и будем внешне как все. Вспомните, что по внешнему виду новопришедший не смог отличить Преподобного от других.


Гр.А.Й. 1969 г. 476. Много крайностей сейчас в психике человека – и в сторону Света и в сторону тьмы. Нарушено равновесие, и забыта согласованность. Очень трудно, яро устремляясь в Высшие Сферы, продолжать крепко ступать по Земле. Беспочвенные мечтатели, оторванные от жизни психисты, рассеянные философы, не могущие позаботиться о самых обычных вещах, – все это люди, которые не могут твердо ходить по Земле. Наш ученик должен являть прочную практическую смекалку в делах обыденных и ясную, четкую мысль в области явлений духовных. И, если он не захочет, никто из посторонних не должен заметить в нем признаков необычности. Христос был плотник, Сергий – строитель. Все Они прочно Ступали по Земле, хотя Их Мир был не от мира сего.

 

Гр.А.Й. 1970 г. 36. (Гуру). Христос был плотником, Преподобный Сергий работал топором и много строений построил. Тело нуждается в физической работе. Такая работа нужна для уравновешивания устремлений и активности духа. Иначе равновесия не установить. Иначе можно от Земли оторваться. Беспочвенные мечтатели являются антиподом йога. Землю оставить нельзя, ибо по ней надо дойти до цели далекой. Следуя правилу «рукой и ногой человеческой», от Земли не оторветесь и не оставите ее беспризорной.


Гр.А.Й. 1970 г. 108. …Ашрамы нужны как крепости, защищающие от зла и злых, а также – и башни духа. Но и крепостям, и башням нужны основания. Сергий Строитель Древнюю Твердыню русского народа строил всю жизнь. Простоит она века и явит свою еще мощь, нерушимую временем и событиями. Но можно также идти через жизнь и сознанием – где я, там и дом, там и Ашрам мой, или башня духа, связанная лучами с Твердыней. Об этой пространственной связи с основной Твердыней Иерархии Света, связи, утвержденной ее Лучами, следует знать, следует думать и ярко представлять себе ее сияющей Светом в пространстве над планетой и являющей собою планетную сеть Света, объединяющую всех ее участников и строителей в одно, в Единое целое. Магнитное поле Света, окружающее каждый Ашрам, крепость или башню духа, распространяется широко вокруг, поляризуя всю атмосферу и создавая особые психические условия. Кроме того, лучи, самоисходящие из данного центра, могут действовать и на далекие расстояния и иметь особое назначение. Как бы в миниатюре – уподобление Великой Твердыне. То, что утверждено на Земле, повторено и умножено в Мире Тонком. Велико значение этих пространственных Светочей Духа, велико Их именно пространственное значение. Без Них все потонуло бы во мраке. Так и каждый человек, за исключением носителей тьмы, является Большим или малым Носителем Света, сознательно или бессознательно связанным с Фокусом Света планетным. Именно надо осознавать себя участником и членом Великого Коллектива Сил Светлых, объединенных в одно целое сияющей сетью Света, покрывающей всю планету. Большое значение имеет сознательное объединение через посредство лучей мысли с далекими и близкими сотрудниками Иерархии, разбросанными широко по лику планеты. Каждая ниточка Света укрепляет и усиливает планетную сеть. Из Башни Твердыни «протянуты Руки и струятся Лучи», мощно поддерживающие эту светоносную сеть духа.


Гр.А.Й. 1970 г. 577. (Гуру). Когда путь сосредоточен внутри, можно идти, и притом независимо от внешних условий. Они действовать будут, они не могут не влиять, но все же им не разрушить путь, что внутри пролегает. Преподобный Сергий совершал свой подвиг в лесах, йоги – в горах уединенных, Христос Удалялся в пустыню. Изнутри черпают они свой творческий огонь, ибо все – внутри человека, даже Царствие Божие. Внешнее же – как кремень и удары кремня, высекающие искры и дающие пламя из сущности духа. Внутренней силой идет через жизнь человек, понявший, что огненный источник беспредельных возможностей заключен в нем, внутри.


Гр.А.Й. 1971 г. 162. (М.А.Й.). Любовь к Избранному Облику можно настолько усилить, что в ее пламени перегорит без остатка все, что подлежит изживанию. И то, на что требуется для изжития ряд непомерных усилий, в пламени этого чувства сгорает легко на огнях сердца. Потому и называется любовь победительницей огненной. Магия отменена. Чувство любви ей незнакомо. Потому омертвели ее формулы и изменилась окраска. Ни Христос, ни Преподобный Сергий магами не были. И как же дух можно ставить в зависимость от формул застывших, когда победно творит живой огонь сердца? Когда Спаситель Говорил о любви, Он имел в виду мощный, всепобеждающий огонь сердца, ибо любовь есть Огонь. По сравнению с нею все прочие огни являются как бы подчиненными. Если хотите победно идти по Пути, всё побеждайте любовью. Не забудьте, что это – магнит, сила которого непреодолима, ибо не знает ограничений ни жизнью, ни смертью, ни временем, ни пространством, ни прошлым, ни настоящим, ни будущим. Владыка Сказал: «Любите Меня – и удвоите силу».


Гр.А.Й. 1971 г. 244. (М.А.Й.). Чтобы мысль никто и ничто не могло одолеть, она должна быть действительно сильной, она должна быть огненной. Ведь и иерофанты зла тоже владеют некоторыми огнями и действуют тоже мыслью. Трудно преодолевать темные злоухищрения, когда за ними стоят сильные темные сущности. Даже Преподобному Сергию досаждали бесы. Мысль может охранять. Культивируйте четкую, сильную, огненную мысль, которой противиться не в силах ничто. Силу свою должен осознавать воин Света.


* * *

           Б.Н. Абрамов 

Н.К. Рерих. Сергий Строитель. 1940 г.
Н.К. Рерих. Сергий Строитель. 1940 г.

Наш жизненный путь – тернистый.

Бегут чередой года,

Но мудрый, простой и чистый

Твой Образ храним всегда.


Когда от труда, заботы

Почувствуем боль в плечах,

Мы вспомним, как Сам работал

И храм воздвигал в лесах.


Когда ужаснёмся дикой

И злобной душе людей –

Мы вспомним, как Сам Великий

Был другом лесных зверей.


Когда устаём от битвы,

Сомненьем полны, тоской,

Мы вспомним, как Сам с молитвой

Людей посылал на бой.


Как луч, как маяк ведущий

Нам Имя Твоё в пути,

И встретим Тебя, Зовущий,

У врат, что должны найти.

* * *


Н.Д. Спирина.

Небесный человек


Как увидеть Твой лик?

Всепроникающий Лик,

глубже чувств и ума.

Неощутимый, неслышный,

незримый. Призываю:

сердце, мудрость и труд.

      Н.Рерих. Цветы Мории

Что помогает увидеть то, что глубже чувств и ума? Рерих указывает: сердце, мудрость и труд. Сердце прежде всего. Оно выше чувств и ума. Сердце – вещун. Оно сосуд мудрости, которой никогда не достигнет рассудок. Сердце подскажет и приведёт к Источнику Света, если оно открыто и не засыпано грудами житейского мусора и обывательских предрассудков. Чтобы увидеть лик Истины – надо трудиться. Труд духовный и мысленный настолько тяжёл, что люди, обманывая себя, предпочитают уходить в труд физического плана. Только тот, кто, побеждая свою низшую природу, вступает на путь труда духовного, может начать постигать то, что «глубже чувств и ума». Погружаясь в глубины своего духа, «частицы Божественного Я», он начинает, как шахтёр «во глубине руд», разрабатывать то таящееся в нём знание, которое и приводит к Источнику его.

В сердце своём ищи...

обитель любви.

Прилежно ищи и найдёшь.

        Н.Рерих. Цветы Мории

И к такому сердцу – обители любви – тянутся не только люди, но и звери. Представитель дикого медвежьего племени стал приходить к Преподобному, подружился с Ним, полюбил Его. Если в первый раз этот звериный царь лесов пришёл к Нему влекомый голодом, то потом – только по призыву сердца. Он уже не голодал, но он любил, а любовь звери знают, любовь вне всяких условий и условностей, в её чистом, незамутнённом виде. На такую любовь положиться можно – она не изменит ни при каких обстоятельствах. Что вызвало её в звере? Встреча с океаном Любви вселенской, которая была в сердце Светоча Земли Русской, ради спасения и возрождения которой Он пришёл на эту скорбную землю.

Как Он возрождал Землю Русскую, когда Он начал этот подвиг? Считается, что тогда, когда уже была создана Обитель, когда к Нему за помощью и советом стали притекать люди. На самом же деле это началось гораздо раньше, а именно тогда, когда юный Варфоломей ушёл из родительского дома в дремучие леса, вырубил там своими руками часовенку и келью и поселился в абсолютном одиночестве. Тогда Его ещё никто не знал; но дело спасения Руси уже началось. Началось с возрастания мощи духа Подвижника, который, преодолев всё земное, всё человеческое в себе, так возрос в духовной мощи своей, что она стала насыщать пространство просторов гибнущей страны. Эта мощь начала входить в каждого жителя её, могущего её принять, потенциально готового к тому, и пробуждать его к решимости мужественно бороться с далеко превосходящими его силами врага и супостата. Пространство, насыщенное мощнейшим духом и волей Одного, работало на победу. Это было предрешено и непреложно; и поражение врага было неотвратимо. Сроки наступали. И когда князь Дмитрий приехал к Преподобному за благословением на роковую битву, это было уже только результатом, только следствием того, что готовилось в тайне и безвестности годы и годы. «...Когда мысль насыщает пространство, то устремлённый Магнит её творит», как сказано в книге «Беспредельность» (398).

И недаром сам сатана со своими полчищами бесовскими явился глухой ночью к Сергию в Его одинокую келью в лесу и гнал Его, и угрожал гибелью. Сатана знал о значении Руси, он предвидел её будущее возрождение, неугодное ему, и двинул свои силы на Светоча. И отступил побеждённый и посрамлённый. Не отсюда ли уже началась и победа на поле Куликовом много лет спустя?! И состоялась ли бы она, если бы не было той победы в единоличном сражении между силами Света и тьмы?!

Сергий спасал Русь неоднократно. Неоднократно ей грозили распад и гибель и «нашествие иноплеменных и междоусобная брань», говоря словами молебствия. И Он вновь спасал и собирал её воедино, и снова недруги исподволь начинали плести козни против новой страны. Но всему бывает конец. И снова цементируется пространство, и зовы благие призывают дух к новому пробуждению. А мощь пробуждённого духа в конечном итоге решает в с ё.



Н.Д. Спирина

Сказы о Сергии


Медведь


Рано утром его разбудил незнакомый звук. Огромный бурый медведь фыркнул, повёл ухом и прислушался. Лес звенел от множества привычных утренних голосов, хорошо знакомых обитателю глухой берлоги. Восторженно и звонко, свежими после ночного отдыха голосами пели птицы встречу восходящему солнцу, стрекотали кузнечики, жужжали дикие пчёлы, трава шуршала от разной копошащейся мелюзги, слегка шелестели верхушки деревьев. Одним словом, всё происходящее вокруг было привычно и не заслуживало внимания. Что же разбудило медведя? Вот опять повторился звук, снова и снова прозвучал он, врезаясь в музыку леса. Звук отдалённо напоминал стук дятла, но в нём было что-то особенное и непривычное. Что-то новое вторглось в лесную жизнь. Медведь решил разведать. Он лениво поднялся и не торопясь, вперевалку, пошёл по направлению звука. По мере его продвижения к цели стук раздавался всё громче и отчётливее. Наконец медведь вскарабкался на холм, деревья стали редеть и расступаться. Осторожно просунув морду сквозь заросли кустарника, он увидел на открывшейся перед ним небольшой поляне необычную картину. Над свежесрубленным большим деревом стоял, нагнувшись, Человек с топором в руке и обрубал ветки, очищая ствол.

Медведь никогда раньше не видел людей. В глухие, непроходимые леса редко заходили они и зверью были непривычны. Друг это был или враг? Медведь решил подойти поближе и приглядеться вплотную. Он обошёл вокруг срубленного дерева, обнюхал его. Пахло смолой и свежей древесиной. Зверь приблизился к Человеку. Ткнулся носом в край одежды, принюхался. Сильно развитое обоняние донесло необычный, но очень приятный аромат. Чем он был приятен, медведь не знал; но аромат как-то особенно умиротворяюще и радостно подействовал на него. Зверь почуял Друга. Он больше не настораживался и ничего не опасался, но почувствовал себя уверенно и спокойно, как никогда. Даже в своей берлоге он спал, всегда держа наготове острое ухо. Кто может предвидеть случайности дикой лесной жизни?! Но здесь явно нечего было ждать неприятных неожиданностей. Медведь удовлетворённо проворчал и улёгся поудобнее неподалёку от удивительного Гостя. Человек, высокий, статный, мощного сложения, приостановил работу, посмотрел на зверя и произнёс что-то.

Медведь не понял сказанного, но взгляд Человека был очень похож на луч солнца на маленькой прогалине в лесу, куда он ходил греться ранней весной. Только, помимо тепла, от этого взгляда стало ещё и необычайно радостно, сердце забилось быстро и сильно. Человек опять сказал что-то. Медведь встал и подошёл к Нему. Человек пристально взглянул ему в глаза и положил руку на голову зверя. Медведь стоял неподвижно. Ему хотелось, чтобы Человек никогда не снимал своей руки с его мохнатой головы, так было хорошо ему от этой непривычной и неожиданной ласки. Человек погладил его, потом взял топор и спокойно принялся за прерванную работу. Медведь ещё долго сидел на поляне. Он совсем забыл, что со вчерашнего дня ещё ничего не ел; есть не хотелось. Он был как будто сыт и спокойно подрёмывал, следя сквозь полузакрытые веки за работой Друга. Наконец Человек, окончив обрубать дерево, куда-то ушёл. Тогда медведь поднялся и нехотя побрёл обратно.

Несколько раз в течение лета медведь посещал своего одинокого Друга. Каждый раз Человек говорил с ним, и медведь любил слушать звук его голоса. Он был необычайно приятен тонкому слуху мощного обитателя лесов. И сердце медведя как-то по-своему понимало сказанное и трепетало в ответ.

Наконец подошла зима. К этому времени на поляне, расчищенной топором Пришельца, выросло несколько деревянных строений. Прежде всего появилась маленькая церковка-часовня – янтарный, пахнущий смолою сруб, увенчанный крестом. Она была такая светлая и свежая, точно светилась изнутри. Медведь никогда не видел таких построек. Он ходил вокруг часовенки, обнюхивал её, и ему чудилось, что от неё исходит аромат, похожий на аромат Человека, построившего её. Затем появилось другое строение: маленькая избушка, в которой мог поместиться только один человек. Она тоже нравилась медведю, и он подолгу лежал около небольшого деревянного крыльца, по которому входил в избушку Человек.

Зима была очень суровая. Снег толстым слоем покрывал землю, плотный и хрустящий. Медведь забился глубоко в свою берлогу, приготовляясь к долгой зимовке. Часть зимы он пролежал в глубокой дремоте, но дальше стал мешать голод. Он не давал спокойно спать огромному зверю и побуждал его проснуться и приняться за поиски пищи. Наконец медведь не выдержал и вылез из логовища. Но найти что-нибудь съедобное оказалось не так-то просто. Под глубоким покровом снега была мёрзлая земля, вырыть что-либо из-под которой было крайне трудно.

Долго бродил медведь по лесу, но добыть ничего не удалось. Всё живое попряталось от стужи кто куда, и лишь изредка какой-нибудь зверёк, услыхав шум, пугливо высовывал из норки свою мордочку и прятался опять. Голодного зверя смутно, но властно тянуло по знакомому направлению. Он побрёл к Человеку. Собрав последние силы, он с трудом взобрался на холм, где жил его Друг; шатаясь, добрался до заветного крыльца и лёг около него в изнеможении. Вокруг одинокого жилья, как бы окутывая его прозрачным незримым покрывалом, стояла проникновенная, звенящая тишина. Она сливалась с кристальным блеском снега, чистой голубизной зимнего неба и неподвижными, точно в устремлённой молитве, стоящими вокруг древними деревьями. Медведь лежал и ждал, чутко прислушиваясь. Наконец дверь избушки отворилась и на крыльцо тихо вышел Человек, держа в руке краюшку хлеба. С великим состраданием посмотрел Он на истощённого зверя, и медведь опять воспринял Его взгляд как весенний луч, и по всему телу его разлилась тёплая живительная струя. Он издал довольное ворчание и тихонько подполз поближе.

Человек наклонился к нему и протянул пищу. Медведь взял и стал жадно грызть чёрствый, старый хлеб. Как это ни странно, но, съев горбушку, медведь почувствовал, что он сыт, и удовлетворённо вздохнул. Человек погладил зверя и стал говорить с ним. Медведь слушал и понимал что-то своё, очень важное и нужное; и где-то в глубинах его сонного сознания вспыхивали проблески разумения. Потом Человек ещё раз погладил его и ушёл назад, унося с собой тепло и тот неведомый влекущий аромат, который был так приятен медведю.

Не раз приходил зимой медведь погреться и подкормиться к гостеприимной избушке, и никогда не отказывал ему в куске хлеба Человек. Прибегали и другие звери и зверюшки, и уходили обласканные, и около заветной избушки не боялись страшного хозяина леса – медведя. И у медведя там не было желания их трогать, так умиротворённо и благодушно было у него на сердце. Мир и благоволение царили на холме, проникали в тёмные души зверей, овевали деревья и травы и напитывали воздух и землю. Хорошо и легко дышалось и жилось около избушки и крошечной церковки, как будто светившейся изнутри.

Постепенно вокруг благословенного жилья стали селиться люди. Их так же, как и зверей, притягивала туда неведомая, влекущая сила. Они часто нарушали углублённую тишину стуком топора, говором и шумом работы. Медведь их не трогал и не боялся, но стал приходить реже. Иногда он сопровождал Друга, когда Тот спускался к речке за водой или в Его одиноких путешествиях по лесу. Иногда к Другу в это время подходили другие люди, и они о чём-то беседовали. Медведь в таких случаях стоял спокойно около своего Покровителя, и его не боялись.

Мало-помалу разрасталась светлая обитель. Вскоре она была обнесена высоким тыном, преградившим доступ зверям. Медведь всё же иногда приходил на заветный холм, сидел и ждал. Иногда он смотрел в щель забора в надежде увидеть Друга. Его Друг всегда трудился. То Он строил новые избы, то рубил дрова, то копал землю, то делал что-то в одном из выстроенных помещений. Но до сердца Его всегда доходил немой призыв мохнатого гостя. Он выходил за частокол и разговаривал с медведем, иногда угощал его куском хлеба. И медвежья душа прояснялась и ликовала.

Время шло, и всё дальше и дальше отступала от обители тайга. Обитель стала большой, потом огромной. К ней пролегла проезжая дорога. Множество людей, пеших, конных, а иногда даже и оружных, на возах и телегах, стали ходить и ездить туда. Ежедневно с высокой колокольни новой большой церкви летел в глубину леса мелодичный и глубокий звон. Совсем не стало доступа туда лесному зверью, так любившему прибегать к маленькой, ничем не огороженной, тихой избушке. Ушёл и медведь в свои лесные трущобы. Не нужны и не любы были ему люди. Лишь об одном Человеке унёс он в своём зверином сердце какое-то несказуемое воспоминание, которое, как костёр в глухую ночь, освещало и согревало его тёмное сознание.

А образ Человека, видевшего в звере своего брата, остался на долгие века в памяти народной воплощением великого, всепобеждающего Сострадания.



Егор


Егор собирался в Обитель давно. Много удивительных рассказов слышал он о необыкновенном Игумене её, как от своих односельчан, так и от захожих странников. Чего только не наслушался Егор о Настоятеле маленького монастыря, затерянного в дремучих лесах! Кто говорил о чудесных исцелениях самых безнадёжных болезней, совершённых Святителем; кто рассказывал о Его прозорливости; кто – о Его мудрых наставлениях, не раз в корне изменявших жизнь приходивших к Нему; кто – о Его подвигах, совершаемых тайно и явно в течение многих и многих лет. Не перечесть было всего слышанного Егором о дивном Подвижнике. И давно хотелось мужичку посетить Обитель. Как будто какой-то неведомый голос звал его туда, и он чувствовал в душе томление, не дававшее ему покоя. Но ведь путь-то был неблизок и нелёгок! Приходилось из своей дальней деревеньки пробираться и болотами, и лесами; редко где попадалось жильё, и много всяких опасностей, от диких зверей до лихих людей, грозило в пути одинокому страннику. С другой стороны, Егору легче было подняться на это дело, чем другим его соседям. Он был бобылём. Жена его и дети давно померли во время одной из сокрушительных эпидемий, время от времени посещавших города и сёла старой Руси. Хозяйство у него было самое что ни на есть скудное, и работал он батраком у более зажиточных земляков, так что собраться было несложно. Егор сплёл себе запасную пару лаптей на дорогу, уложил в котомку единственную чистую рубаху, чтобы предстать пред Игуменом в пристойном виде, насушил ржаных сухарей, забил дверь своей хатёнки доской, поклонился соседям, помолился на церковь и, взяв крепкий посох, отправился в дальний путь. Долго шёл Егор, и чем ближе подвигался он к желанной цели, тем радостнее и легче становилось у него на сердце. Ноги будто сами шли, и в теле ощущалась лёгкость, и усталость не тяготила. Точно крылья выросли за плечами Егора и что-то пело и звенело внутри его.

Так дошёл он, презрев все тяготы пути, через глухие леса и дикие места и топкие болота до Обители, и никто не обидел его по дороге. Вот он, наконец, в заветном месте. И что же?!

Егор стоял в ограде Обители и горестно размышлял о том, что ему теперь делать. Не только не допустили его монахи к великому Старцу, но и насмеялись над его простотой и темнотой. Он вспоминал о том, как благоговейно вошёл он во двор небольшого бедного монастыря и смиренно попросил двух находившихся поблизости иноков показать ему хоть издали прославленного Игумена. Они приветливо ответили на его поклон и, указав рукой на какого-то работавшего неподалёку человека, сказали: «Так вот Он самый и есть, в огороде трудится». Егор в недоумении взглянул в указанном направлении и смутился. Шагах в двадцати от него копал заступом землю под огород весьма скромного вида старец в худой, выгоревшей и залатанной ряске, подпоясанной обрывком верёвки. Егор заметил, что остальные иноки, как те, которые разговаривали с ним, так и другие, проходившие по двору Обители, были одеты лучше старца. Опытным взглядом крестьянина Егор разглядел, что работавший в огороде монах управляется с заступом весьма ловко и умело и работа у него удивительно спорится. «Завидного работничка имеет Обитель», – подумал было Егор и тут же спохватился. «Какой же это работник, когда говорят, что это Тот Самый... Нет, быть не может!» Егор приметил также, что руки старца были мозолистые и огрубевшие от работы, лицо было обветрено и сам он был крепкий и с виду очень сильный, несмотря на возраст. Во всей его фигуре чувствовалась какая-то особая мощь, и делал он свою работу спокойно и уверенно и как будто неторопливо. «Такой на все руки мастер, что ни дай», – мелькнуло опять в голове Егора, и опять он спохватился. «Да что же это, какой же это, прости Господи, Игумен? Разве такие бывают настоятели?!»

Вспомнилось Егору, как однажды в престольный праздник приезжал в соседнее большое село благочинный и с каким почётом и благолепием служки вводили его, поддерживая под руки, в церковь. Одет он был в богатую лиловую рясу, с большим позолоченным крестом на груди, и был собою толст и важен. И рука его, которую поцеловал Егор, подойдя под благословение, была белая и пухлая. А тут что же?! Егор чуть не заплакал от обиды. И монастырь-то этот самый скуден и убог, и за Игумена ему выдают какого-то бедного работника. Вскипело сердце Егора. Подошёл он к двум обманувшим его инокам и с горечью сказал: «За что же вы меня в обман-то вводите, отцы честные? Не к лицу будто вам шутки шутить и над православными людьми насмехаться! Кого вы мне за Игумена выдаёте?!»

Неожиданно для Егора иноки, вместо того чтобы устыдиться, весьма разгневались и, в свою очередь, напали на него. «Коли тебе наш отец Игумен не по душе, так и уходи откуда пришёл. Тебя никто сюда не звал!» Ругая Егора, они уже собрались было выпроводить его со двора, как в это время человек, работавший в огороде, услышал шум ссоры, остановился и поднял на них глаза. И сразу всё стихло, такая огромная сила была в одном этом спокойном взгляде. Иноки потупились, устыдившись своей горячности, а Егор застыл на месте как прикованный, в каком-то самозабвении, и не мог отвести глаз от взгляда Старца.

В эту самую минуту в наступившей тишине явственно донёсся топот многих копыт, и к вратам Обители подъехала группа богато одетых всадников верхом на пышно убранных конях. Перед входом в Обитель всадники почтительно спешились и, сняв шапки и истово крестясь, вошли во двор. Впереди шёл дородный, красивый человек в княжеской одежде. На нём было богатое, искусно изукрашенное оружие, а на пальце сверкал драгоценный перстень. За ним шла знатно одетая свита. Приезжий князь огляделся и, приметив человека с заступом, направился прямо к нему. Подойдя, князь смиренно поклонился ему в землю и попросил благословения. Вслед за ним то же сделали и его спутники. Старец неторопливо и спокойно отложил в сторону заступ, отёр руки полой старенькой рясы, выпрямился и пристально и сурово взглянул прямо в глаза князю. Князь не опустил глаз, но продолжал смотреть на Старца устремлённым и решительным взглядом. Через мгновенье будто луч солнца вспыхнул в глазах Монаха, Он чуть улыбнулся и сердечно обнял гостя.

Благословив приезжих, Старец жестом руки пригласил их и всех находившихся во дворе Обители в трапезную. Вслед за прибывшими и братией поплёлся туда и Егор, ничего не понимавший и всё ещё находившийся как во сне. Там он встал позади всех у притолоки и стал жадно смотреть на происходящее, стараясь не пропустить ничего. Бедный Монах, копавший землю в огороде, сел на почётное место под образами. По правую руку Его поместился приезжий князь, почтительно и благоговейно беседовавший с Ним о чём-то. Свита и иноки в торжественном молчании стояли вокруг. Старец говорил тихо и очень мало, но чувствовалось, что каждое Его слово производило сильное впечатление на собеседников. Князь с напряжённым вниманием слушал Его, стараясь не пропустить ни единого слова, и было видно, что всё, что говорил ему Старец, имело необычайно важное значение.

Держался Старец очень просто, и в этой простоте было что-то неотразимо привлекательное. Он никого не выделял и обращался одинаково сердечно и внимательно со всеми, невзирая на то, был ли это знатный боярин или простой мужик. Все находившиеся около Него инстинктивно тянулись к Нему, как растения к лучу солнца, и было видно, что всем очень хорошо и радостно быть в Его присутствии, и удаляться от Него никому не хотелось.

После беседы состоялась трапеза, в которой приняли участие все присутствующие. Егор не мог есть. Он не отрываясь смотрел на Старца, никого не видя и ничего не замечая вокруг. Он не помнил уже ни о своей обиде, ни о своих недоумениях, ни о себе самом. Сердце его горело, и весь он был как в огне. И наконец как будто свет вспыхнул внутри него, и он понял. Понял, что в Человеке, на которого он смотрел, и заключалось то самое, ради чего он пришёл сюда; то, чего смутно, но неотступно искало всю жизнь его сердце. Он вздохнул полной грудью с чувством глубочайшего внутреннего облегчения, подошёл к Старцу и в слезах упал Ему в ноги. «Прости меня, Отец, что не распознал Тебя сразу по убожеству своему, – сокрушённо прошептал он. – Сейчас только уразумел я...» Старец обнял его за плечи, поднял и ласково сказал: «Не печалься, сын мой. Ты один правильно рассудил обо мне, они же все ошибаются».

И остался с той поры Егор в бедной, маленькой Обители, куда пришёл искать прославленного Игумена и дивиться на чудеса Его, а нашёл Человека великого сердца, в Котором Одном был явлен образец совмещения небесного и земного и пример истинного общинного жития.

«И звезда с звездою говорит»

Для духа расстояний нет –

Они в трёхмерном, плотном мире;

Но там, где хоровод планет –

Один из атомов в эфире,

Где всё едино, всё везде,

Дух от звезды летит к звезде –

Частица лученосной шири.

Великие наши подвижники, Светочи Мира, преодолели трёхмерный мир. Они вышли за пределы очевидности в сферы огненной действительности, в то измерение, где «всё едино, всё везде». Они постигли делимость духа, когда он, как неубывающее пламя, может неограниченно делиться и направляться туда, где нужен свет, нужна помощь, где их призывают во спасение души и жизни. Их видят сразу во многих местах, проявляющихся и действующих, и как-то не удивляются этому, смутно чувствуя высокую закономерность иного мира. И сколько таких эпизодов можно найти в легендах и в житиях святых, подвигами которых озарена наша планета.

Как хорошо, что расстояний нет,

Что мы всегда во всех мирах едины,

Что светит нам неугасимый Свет,

И в нём крепка межзвёздная Община,

И лёд разлуки тает без следа...

Союз любви, гармония труда

Соединяют в духе – навсегда.

Епифаний Премудрый рассказывает об одном случае из жития Преподобного Сергия, когда было преодолено трёхмерное пространство при наличии духовного единения в любви и устремлении. Попробуем представить себе, как это было.

Ясным солнечным полуднем раннего лета просветитель Пермской земли, друг Преподобного Сергия, епископ Стефан ехал в Москву по делам своей епархии к митрополиту Алексию. Дела были непростые и безотлагательные, и он торопился, чтобы доехать до цели вовремя.

Святитель Стефан был великим знатоком священного писания, к чтению и изучению которого он имел непреодолимую тягу с самого детства, предпочитая играм и забавам погружение в мудрость религиозных книг. В более зрелом возрасте у него возникло стремление к просветительству, к тому, чтобы поделиться приобретённым духовным богатством с другими. К тому же Стефан обладал даром красноречия и умел захватить и увлечь своими речами слушателей. Уйдя с молодых лет в монахи, он мог бы спокойно пребывать в одном из монастырей и услаждать мудрыми и богоугодными речами своих прихожан, но он выбрал для себя иной путь, путь подвига, по тем временам и обстоятельствам весьма трудного и опасного. Стефан решил обратить в веру Христову дикое северное племя коми (зырян), обитавшее в Пермской земле, не имевшее своей письменности и поклонявшееся языческим богам. Для этого ему, прежде всего, понадобилось изучить язык этого народа, затем создать для него азбуку и перевести на их язык богослужебные книги. Надо было освоить их нравы и обычаи и уже после этого начать там свою миссионерскую деятельность. Успешно пройдя эти предварительные этапы, Стефан стал проповедовать диким язычникам слово Божие. Сначала его встретили далеко не приветливо. В житии Стефана, написанном Епифанием Премудрым, повествуется о том, как напали на него разгневанные пермские язычники за то, что Стефан, насаждая веру в истинного Бога, разрушал их кумирницы, рубил их деревянных идолов и обрубки их бросал в огонь. Они яростно устремились на него с кольями и топорами, осыпая его бранью, и, окружив, замахивались на него секирами, но сделать ничего не смогли.

Стефану также пришлось столкнуться и словесно сразиться с главным жрецом их касты, Памом, высшим авторитетом и идеологом веры пермян, который был глубоко возмущён вторжением в их землю проповедника христианства. Их богословский спор длился много дней и ночей без сна и еды. Пам тоже был красноречивым оратором, но в конечном итоге победа осталась за Стефаном. Пам отступил и признал себя побеждённым – такова была непреоборимая сила миссионера-подвижника, проповедовавшего слово Божие.

После этого проповеди христианства был открыт широкий путь; и через какое-то время земля Пермская присоединилась к Москве в качестве одной из её епархий.

Стефан неукоснительно, до конца дней своих, продолжал во всех концах этого обширного края свою просветительскую деятельность, основывая там церкви и монастыри и приводя ко Христу всех, кто ещё не успел к Нему приобщиться. Церковь высоко оценила этот подвиг и причислила Стефана к лику святых.

Апостол народов Севера, святитель Стефан был младшим современником Сергия Радонежского. Он родился в городе Устюге тогда, когда молодой Варфоломей ушёл на путь отшельничества в леса и начал своё великое служение по поднятию духа русского народа, гибнущего под многолетним игом иноплеменных.

Оба Служителя Света сердечно любили и почитали друг друга; оба они принадлежали к великому Братству борцов за спасение душ человеческих и устроение родной земли. Кто мог лучше их самих понять величие и значение подвига Собрата?!

На своём пути к Москве Стефан проезжал верстах в девяти от Сергиевой Обители, но спешные дела не давали ему возможности заехать туда и повидаться с возлюбленным Братом. Но чем ближе подъезжал он к святому месту, тем сильнее и неодолимее ощущал он всем своим существом благие токи, исходившие оттуда. Они окутывали его и уносили ввысь к блаженным Небесам духа. В сердце его зазвучала песнь несказуемой радости, которая посещала его всегда, когда он соприкасался с Сергием. Исчезло расстояние, остановилось время. Стефан был там, со своим старшим Братом, стоял перед Ним лицом к лицу. И тогда Стефан сошёл с повозки, поклонился Ему и произнес: «Мир Тебе, духовный Брат!»

В это самое время в Обители шла трапеза. Вся братия, во главе с Игуменом, сидела за длинным столом и в полном молчании вкушала незатейливую еду. Один из монахов, как и полагалось по уставу, стоял лицом к святым иконам и ровным тихим голосом читал Псалтырь. Неожиданно для всех Преподобный, с просиявшим от высокой духовной радости ликом, встал и, отвесив низкий поклон в сторону дороги, где проезжал Стефан, произнёс: «Радуйся и ты, Христов пастырь, мир Божий да пребывает с тобою».

Расстояние исчезло. Перед духовным взором Сергия предстал Его сотрудник и брат во Христе. Он услышал произнесённые Стефаном слова так, как будто последний стоял перед ним. Подобное явление было для Сергия столь же естественно, сколь естественным было, находясь у себя в церкви за сотни вёрст от битвы на Куликовом поле, видеть весь ход сражения, называть имена павших воинов и под конец возвестить молящейся братии о победе.

Удивлённым инокам Сергий спокойно пояснил, что Он ответил на приветствие проезжавшего мимо Обители епископа Стефана.

Однако это происшествие произвело такое сильное впечатление на обитателей Лавры, что там с той поры возник обычай каждый день во время трапезы вставать и читать краткую молитву в память о чудесной прозорливости, явленной пребывавшим с ними во плоти Земным Ангелом и Небесным Человеком.



Н.Д. Спирина

Стихи о Сергии

 

            ПОДВИГ

По картинам Н.К.Рериха

«Сергий-Строитель»,

«Святой Сергий Радонежский»


Молчанье. Тайна. Тишина.

Следы медвежьих лап по снегу.

Сверканье звёзд. И вышина

Деревьев, устремлённых к небу...

Надземное слилось с земным,

И Сердце было местом встречи.

Восстала Подвигом одним

Из праха Русь в победной сече.

Там захоронено зерно,

Что процветает, к срокам зрея.

Незримое – воплощено,

Неслышное – громов звучнее.

И вот во имя Красоты

На землю сходит в вихрях света

Тот Храм, который держишь Ты

В руке,

на благо всей планеты!



В ТРОИЦЕ–СЕРГИЕВОЙ ЛАВРЕ

По картине Н.К.Рериха

«Церковь Сергия»


Один на один с Отцом,

Один на один с врагом,

Один на один с собой

Таёжной ночью глухой.

И мы – на тёмной земле,

В роковой предрассветной мгле –

Один на один

с ТОБОЙ.



                          МЕДВЕДЬ

По картинам Н.К.Рериха

«Сергий-Строитель»,

«И Мы не боимся»


Ему с Тобою было хорошо!

Тянулся он звериною душою

К тому, что именуют добротою,

К тому, что светом духа мы зовём.

Он слов не знал. Но сердце зверя знало –

Кто друг ему и кто его поймёт,

Краюшку хлеба с лаской принесёт

И в облике мохнатом у'зрит брата.


            ВО ИМЯ

   (СВЯТОЙ СЕРГИЙ)

По картине Н.К.Рериха

«Небесный Свет»


Во имя звёздного неба,

Во имя светлого солнца,

Во имя земли прекрасной,

Рождённой для красоты;

Во имя миров надземных

И соединения с ними;

Во имя преображенья

Тёмных людских сердец;

Во имя единой Жизни,

Поправшей понятие смерти;

Во имя единой Правды,

Навек победившей ложь;

Во имя Руси великой

И ей присуждённой доли,

Чудесней которой нету

И не было на земле, –

В лесах совершался Подвиг,

В глуши пламенела Чаша,

И Сердце было как Солнце,

И Дух был творцом людей;

И Ангелы сослужили

И видимы были многим;

И демоны нападали

И были отражены.

Туда притекали люди,

Туда приходили звери,

Туда прилетали птицы

За помощью и теплом –

И всем несло исцеленье,

И всем несло вспоможенье

Великое Сердце-Солнце,

Сокровищница Любви!


Возврат к списку