*   *   *

Не сам ли дух избрал её когда-то –

Судьбу свою, свой одинокий путь?

Не сам ли он, торжественно и свято,

Решил дойти и вспять не повернуть?

Не сам ли он избрал свой Идеал,

Звезду свою не сам ли он избрал?!

Н.Д. Спирина

 

29 июля 1911 года в городе Нарве в Эстонии родился Павел Федорович Беликов, один из самых известных исследователей жизни и творчества Н.К. Рериха.

Сын Беликова Кирилл вспоминал: «Жизнь моего отца… – это непрерывное восхождение к вершинам Духа, восхождение, преобразовавшее не только самого Павла Федоровича, но и культурную жизнь России».

В 1930-х годах П.Ф. Беликов узнал о семье Рерихов, их трудах. Сам он так писал об этом в автобиографии: «Я очень любил искусство Рериха, высоко ценил его научную, культурную и общественную деятельность. Иногда выступал с докладами о нем и хорошо знал, что таких, как я, тысячи в нашем огромном мире. Поэтому при всем своем большом желании я и не помышлял сам писать к нему. Всё-таки произошло нечто такое, что можно назвать одним из “чудес Востока”.  [В 1936 году] в один прекрасный день я обнаружил в своем почтовом ящике письмо из Индии от Николая Константиновича Рериха. Можно было поверить в “Чудо”, однако все «чудеса», связанные с Рерихом, имеют вполне реальную почву. Позднее, из переписки с ним, я догадался, что обо мне Николаю Константиновичу сообщил один литератор, проживавший в Таллинне…» «Мне тогда было 25 или 26 лет. Это письмо [Рериха] глубоко затронуло мои чувства. (…) Началась переписка, завязались связи с его семьей».

«Началась целенаправленная собирательная работа» по жизни, творчеству и деятельности Рериха. «С годами сложился большой архив, благодаря которому мне удалось написать биографию Николая Константиновича Рериха, и принять активное участие во всём, что связано с творческой деятельностью всех членов его семьи».

«В 1957 году из Индии в Советский Союз возвратился старший сын художника, всемирно известный востоковед Юрий Николаевич Рерих, с которым я переписывался еще в 1930-х годах. Личные контакты с Юрием Николаевичем и его братом, художником Святославом Рерихом,.. значительно расширили мой архив. В настоящее время он доходит до четырёх тысяч единиц хранения различных документов, публикаций, фотографий в оригиналах и копиях. По существу он является крупнейшим архивом по Н.К. Рериху в Советском Союзе».

По воспоминаниям Киры Алексеевны Молчановой, ближайшей сотрудницы Беликова, Павел Федорович «радовался каждой возможности возрождения Великого Имени и потому делился не только материалами своего архива, но даже отдавал готовые работы тем, кто имел возможность публиковаться. В то время Павел Федорович один стал неофициальным Международным Центром Рерихов, связанным с Индией, США, Великобританией, Германией, Болгарией, Румынией, а также разными городами Советского Союза». Не имея «возможности работать в государственных архивах или за рубежом, свои выводы он основывал на глубоком проникновении в содержание трудов Николая Константиновича и Елены Ивановны. Так рождались все его работы.

Если искусствоведы и ученые обращались к жизни и творчеству Рериха лишь эпизодически, то для Павла Федоровича это было смыслом и содержанием всей его жизни. Он знал о Рерихе всё до малейших нюансов, став экспертом, к которому Святослав Николаевич направлял обращавшихся к нему.

Святослав Николаевич редко и мало кому писал, с Павлом Федоровичем же вел активную переписку и извещал о каждом своем приезде в Советский Союз телеграммой из Индии, приглашая на встречу.

О себе Павел Федорович говорил, что он по профессии – экономист, а по призванию – рериховед, и одно другому не мешает, а наоборот, дополняет. Каждый его день был непрерывным творческим процессом. После напряженного трудового дня он продолжал работать дома: изучал и сопоставлял события, факты, читал, размышлял, писал – словом, полностью отдавался исследованиям и самообразованию. Круг его интересов был необычайно широк. Он прекрасно знал мировую литературу, философов-классиков и восточную философию, изобразительное искусство, историю, классическую музыку. Об этом красноречиво говорит его уникальная библиотека».

В 1937 году Павел Федорович устроился на работу в книготорговую фирму в Таллинне (представительство от советской книготорговой фирмы «Международная Книга»), где заведовал отделением русской книги. Всех членов семьи Рерихов очень интересовало всё, что происходило на их Родине, и в том числе в области книжного издательства. Павел Федорович с готовностью выполнял заказы семьи Рерихов на интересующие их книги, прежде всего Юрия Николаевича.

Позже Беликов так вспоминал о первой встрече с Юрием Николаевичем в Москве. В кабинете, «показав на полки с книгами, Юрий Николаевич сказал: “Чувствуйте себя как среди старых знакомых – среди книг много тех, которые вы посылали мне”».

В письме 1939 года Николай Константинович писал Беликову: «Часто вспоминаем Вас и радуемся, что Вы стоите около книжного дела. Как это сейчас нужно, и какие замечательные мысли у Вас могут зарождаться, наблюдая истинное положение книги и просвещения. Вы находитесь в центре борьбы за Свет и Познание. И сколько душевного и неотложного Вы можете сделать во время своей каждодневной работы. К Вам придут молодые, и Вы сумеете принять их и отеплить внимательным отношением. Вы разовьёте в себе терпимость и усмотрите в каждом наиболее ценную черту».

Всю последующую жизнь Павел Фёдорович следовал этому предсказанию-пожеланию. Скольким людям он помог увидеть истинные ценности жизни и посвятить себя служению Общему Благу. Люди тянулись к нему, писали множество писем и неизменно получали обстоятельные, аргументированные ответы.

Кирилл Беликов вспоминает: «По рекомендации Н.К. Рериха отец побывал в Латвии и познакомился с руководителем Латвийского Общества Рериха Рихардом Рудзитисом. Не без его влияния он организовал Рериховский кружок у себя в Таллине…» Затем «стал заниматься распространением литературы, выпускаемой в Риге: трудов Н.К. Рериха и Е.И. Рерих, «Тайной Доктрины» Е.П. Блаватской, работ исследователей наследия Н.К. Рериха – художника и мыслителя. Официально Рериховское общество в Эстонии оформиться не успело. (Н.К. Рерих сам писал, что спешить не стоит.) Это, вероятно, и спасло эстонских последователей взглядов Н.К. Рериха» от репрессий, которым подверглись все члены Латвийского Общества Рериха.

В то время Павел Федорович вынужден был заниматься исследованием творчества Рериха подпольно. Однако он не только не уничтожил архив Рериха, но, наоборот, позаботился о его сохранности, благодаря чему большинство материалов уцелело, несмотря на войну и политическую обстановку.

По воспоминаниям Молчановой, Павел Фёдорович всегда «вел себя очень разумно, никогда ничего не форсировал, умело и чутко направлял ход событий, учитывая возможности людей и естественно складывающиеся ситуации».

«У меня есть свои испытанные методы работы, – писал Беликов, – выработанные не только личным опытом, но опытом общения с [Рерихами]. Я ничего не делаю, не задавши себе предварительно вопроса – как в этом случае действовали бы они? (...) Во всех делах, касающихся Н.К., необходимо проявлять ту корректность, которой обладал и которой никогда не изменял он сам. Один из первых принципов, которых я придерживаюсь и придерживаться которого меня учили, это не уповать на приказы и не думать, что приказами можно заставить людей делать что-то полезное. Людей надо убеждать, считаясь с их сознанием и той реальной обстановкой, которая в данное время их и нас окружает. Я лично никогда не шёл и не думаю идти на компромиссы, но и никогда не поддерживал и не буду поддерживать безответственные, необдуманные действия, которые хоть в самой малой мере могут подорвать или унизить великое имя Н.К. и его дело Культуры».

В 1940 году, с приходом советской власти в Эстонию, Беликов возглавил республиканскую контору «Союзпечать». Когда началась война, он организовал эвакуацию имущества Союзпечати, но сам эвакуироваться не успел: в город вошли немецкие части. По чьему-то доносу Беликов был арестован, но по пути в комендатуру ему удалось бежать. Все годы войны скрывался на хуторе родителей жены, иногда в лесах, и чудом остался жив.

Сам Павел Федорович впоследствии вспоминал, что когда они встретились с Юрием Николаевичем Рерихом в 1957 году в Москве, «он подробно расспросил, как я прожил эти годы, как отозвалась в моей жизни война. Узнав о всех бедах и опасностях, которые мне пришлось испытать, Юрий Николаевич сказал: “Если вы остались в живых после всего этого, значит, вы будете еще нужны. Я считаю, что все, испытавшие на себе с риском для жизни это трудное время, пригодятся еще для чего-то важного. Надо так сделать, чтобы пригодиться. Жизнь была продлена авансом, а всякий аванс нужно погашать делами”».

После войны Павел Фёдорович работал ревизором и бухгалтером в разных учреждениях Таллинна, а в 1961 году обосновался в местечке Ко́зе-У́уэмы́йза, где работал главным бухгалтером предприятия «Сельхозтехника». Конечно, это была внешняя, «официальная» сторона его деятельности.

Эти же годы были наполнены творческой работой, равной по масштабу деятельности научно-исследовательского института. Не имея ученых степеней и званий, Беликов занял одно из ведущих мест в мировом рериховедении.

После войны нужно было фактически заново налаживать контакты, пополнять архив. Имя Рериха открыто не произносилось, исследовательская работа в области его творчества не велась. Только в «хрущевскую оттепель» Павлу Федоровичу удалось заново наладить контакты с сыновьями художника.

В 1959-м году приехали из Харбина в Советский Союз, в Новосибирск, Борис Николаевич Абрамов и Наталия Дмитриевна Спирина.

Начинало возрождаться отечественное рериховедение. Вот тут-то и пригодился архив Беликова. Все первые публикации о Рерихах основывались на уникальных материалах этого архива. В 1970-е годы в маленький поселок Козе-Ууэмыйза началось настоящее паломничество почитателей творчества Рерихов. К Беликову обращались и создатели документальных фильмов о Рерихе – Ренита Андреевна Григорьева и Юрий Николаевич Белянкин.

Павел Фёдорович приступил к работе над рукописью «Рерих-мыслитель». И в это же время ему предложили участвовать в написании книги о Николае Константиновиче в серии «Жизнь замечательных людей» в соавторстве с ленинградским искусствоведом Валентиной Павловной Князевой. Эта работа доставила немало тяжких переживаний Беликову. Зная о духовной стороне жизни Николая Константиновича, он как мог сопротивлялся требованиям советской цензуры осудить его за идеализм, за самобытность мышления. И во взаимоотношениях соавторов возникали сложности – слишком разными были их общественные позиции и взгляды. Приходилось много раз переделывать главы книги.

Неоценимую помощь оказывал Святослав Николаевич Рерих, которому отсылали для проверки отдельные главы. Вот фрагмент из письма Святослава Николаевича к Беликову: «Дорогой Павел Федорович…  Вы правы, правильнее было бы начать книгу выдержкой, которую Вы предложили. (…) Удивительной была жизнь Н[иколая] К[онстантиновича] и Е[лены] И[вановны] – как это нужно всё собрать и бережливо донести. Сколько было у них знаний, широких, истинных. Мысль была свободной, радостной. Только и думали о благе всех, поверх всяких ветхих ограничений. (…) Пройдет много времени до полной оценки всего творчества Н[иколая] К[онстантиновича]. Воистину он был великим человеком. Прекрасный образ Его как-то особенно светился. Такими должны были быть великие Учителя прошлого. Вся жизнь Его – это служение Добру – человечеству, и кто измерит все неисчерпаемые богатства Его внутренней жизни!»

Святослав Николаевич прекрасно понимал всю сложность того времени. И когда Беликов завершил работу над книгой, он лично поздравил его: «Вы прекрасно справились с очень трудной задачей. Поздравляю Вас от всей души».

Павел Федорович состоял в переписке с Б.Н. Абрамовым и прислал ему вышедшую из печати книгу «Рерих» с дарственной надписью: «Дорогому Борису Николаевичу с сердечным приветом и самыми светлыми пожеланиями. Автор. 22.08.1972 года». Это знаменательное событие произошло незадолго до ухода из жизни Бориса Николаевича.

Б.Н. Абрамов знал о выходе этой книги и ждал его. В письмах к Н.Д. Спириной в марте и апреле 1972 года он отмечал: «Готовится к печати и скоро выйдет биография Н.К. [Рериха] — солидная книга» (27.03.1972). «В газете "Московский комсомолец"… были выдержки. Написаны очень живо, увлекательно и, я бы сказал, даже художественно» (5.04.1972). Копия форзаца книги с дарственной надписью представлена среди экспонатов Музея Б.Н. Абрамова в Венёве.

Несмотря на выход в свет книги в 1972 году и огромный интерес к творчеству Рериха, который она вызвала, Павел Федорович остался не удовлетворён её содержанием. Ему не позволили сказать о Николае Константиновиче так, как он хотел. Позднее он писал: «…Когда мне было лет тридцать, я думал, что я могу многое сказать о Рерихе, и стремился к этому». Когда на исходе был пятый десяток, он думал, что может «сказать о Рерихе так, как надо». «А теперь, – писал он, – когда на исходе шестой десяток, я гадаю – смогу ли я до конца жизни вообще сказать о Рерихе то, что нужно, и так, как нужно». И Павел Федорович продолжил работу над главным произведением своей жизни – «Рерих. Опыт духовной биографии».

Кроме литературного творчества, Беликов очень серьезно занимался составлением библиографии литературных трудов Н.К. Рериха. В этом ему помогал еще при жизни сам Николай Константинович, а затем – его сыновья. Этот труд многих лет, которым Павел Фёдорович очень дорожил, был опубликован в сборнике «Ученые записки Тартуского университета».

В 1974 году во многих городах прошли торжества, посвященные 100-летию со дня рождения Н.К. Рериха. Павел Федорович, будучи доверенным лицом Святослава Рериха, активно участвовал в организации и проведении выставок и юбилейных мероприятий. Он следил за публикациями, много ездил по стране, решал и согласовывал самые разные вопросы. По его словам, «многое висело на волоске, и Юбилей мог пройти в самых скромных масштабах».

В Новосибирске, где уже много лет трудилась Наталия Дмитриевна Спирина, также проводились юбилейные торжества, в которых она приняла активное участие. Большой ценностью для нас является переписка с ней Павла Фёдоровича, которая хранится в архиве Сибирского Рериховского Общества. Читая эти письма, мы видим, что их объединяло глубокое почитание великой семьи Рерихов, любовь к ним, абсолютная преданность их делу и идеям. Приведем несколько отрывков из этой переписки.

В преддверии юбилейной даты Павел Фёдорович писал: «Дорогая Наталия Дмитриевна, сердечно благодарю Вас за посланные материалы. Они очень ценны и показательны. С большой радостью ознакомился с ними и присовокупил их к своему архиву... Простите, что немного задержался с ответом. Был в отъезде. Ездил с режиссёром и операторами фильма о Н.К. в Ленинград, Москву, Старую Ладогу, Валаам, Извару, Петрозаводск, Сортавалу, Новгород, Псков, Остров, Печоры». Павел Фёдорович присылал Наталии Дмитриевне свои статьи, стенограммы выступлений Святослава Рериха в Москве и Ленинграде.

В 1975 году началась подготовка к проведению выставок картин Николая и Святослава Рерихов в Новосибирске. В апреле 1975 года Павел Федорович писал: «Дорогая Наталия Дмитриевна, Святослав Николаевич согласился оставить у нас картины до конца июня и выставить их в других городах. Надеюсь, что они попадут и в Новосибирск».

К радости почитателей творчества Рериха, летом 1975 года в Новосибирске состоялись две выставки. На них постоянным экскурсоводом была Наталия Дмитриевна. Павел Федорович оказывал ей всемерную помощь. В письмах к ней на основании собранных материалов он пояснял содержание многих картин Рерихов.

Наталия Дмитриевна вспоминала: «Он был нашим лучшим старшим другом и мудрым советчиком во всех наших делах и затруднениях. Он не отмахивался ни от каких наших проблем и во всём принимал самое сердечное участие. Я переписывалась с ним на протяжении многих лет и храню все его письма. Также и лично общалась с ним много раз и благодарю судьбу за эти встречи».

1976 год был ознаменован проведением в Новосибирске Первых Рериховских чтений, в которых участвовал и Павел Фёдорович со своим докладом «Последняя научно-исследовательская экспедиция Рериха».

Наталия Дмитриевна, подготовив для Конференции доклад «Рерих и музыка», высылала его для ознакомления Павлу Фёдоровичу. В ответ он написал ей: «Тема “Н.К. [Рерих] и музыка” разработана Вами прекрасно. Музыка не могла играть в жизни и творчестве Николая Константиновича второстепенной роли. Ведь по своей природе (вибрации), она “сродни” цвету».

В своей просветительской деятельности Наталия Дмитриевна широко использовала слайды с картин Рерихов, и в этой работе Беликов также оказывал ей всестороннюю поддержку.

В продолжавшейся переписке они обсуждали темы, которые глубоко волновали их обоих: это и начало восстановления имения Рерихов в Изваре, и планы по возрождению Института Гималайских исследований в Индии. Также они не раз касались темы псевдоучителей. «Немало сейчас сбившейся с пути молодёжи, – писал Павел Фёдорович в октябре 1978 года. – Всем соблазнительно добиться мгновенных “достижений”, а тем более прямых сношений с самим Владыкой Шамбалы. Но, как сказал образно С[вятослав] Н[иколаевич], двери в Шамбалу открываются только с той стороны. Подобрать ключи к этим дверям никому не дано. Мы можем себя только готовить к тому, чтобы эти двери для нас приоткрылись. На такую же подготовку уходят жизни, а не мгновения. Мгновенно лишь с круч падают. Поэтому: терпение, терпение и терпение. А плюс к нему соизмеримость в действиях, устремлённость и умение прочертить более длинную линию».

В том же году Павел Фёдорович прислал Наталии Дмитриевне план создания в Сибири культурно-просветительского центра, составленный Святославом Николаевичем Рерихом. Согласно ему и началось спустя десятилетия создание музеев Рериха в Новосибирске и селе Верхний Уймон на Алтае.

В 1979 году в Новосибирске состоялись Вторые Рериховские чтения, в работе которых Беликов также принял активное участие. Во многом благодаря его усилиям к участию в работе Конференции не были допущены люди, занимавшиеся разного рода оккультными практиками. В таких условиях, когда истинную Духовность заменяли на ложную, Павел Федорович как никогда осознавал необходимость скорейшего завершения работы над рукописями своих новых книг о Николае Константиновиче и Святославе Николаевиче. Но в ответ полетели «отравленные стрелы» зависти и злобы.

В начале 1982 года Павел Федорович тяжело заболел, и 15 мая его земной путь прервался. Труд, который он считал главным делом своей жизни, – Духовная биография Рериха – остался незавершённым.

Наталия Дмитриевна очень скорбела о раннем уходе П.Ф. Беликова, говорила, что его опыт, энергия и знания могли бы очень пригодиться в годы бурного развития рериховского движения.

Летом 1983 года новосибирские альпинисты взошли на безымянный пик Алтая. Покоренной вершине дали имя «Пик Беликова». Через этот пик идет дорога к вершинам семьи Рерихов.

В «Слове о друге», прозвучавшем в Таллинне на конференции, посвященной 80-летию со дня рождения Павла Фёдоровича, Наталия Дмитриевна сказала: «Говорят, что время залечивает раны и помогает забыть пережитое горе, но так бывает не всегда. Не проходит боль утраты, не приходит забвение, когда тот, кого больше с нами нет, незаменим. Когда нужность его ощущается постоянно – в самых важных и насущных делах. Таким и остался для нас Павел Федорович Беликов – верным другом, мудрым советчиком; человеком, с которым было хорошо работать и общаться, говорить и переписываться, радоваться и печаловаться. Все наши проблемы, нужды и дела находили незамедлительный отклик у Павла Фёдоровича. Он безотлагательно откликался на наши запросы и, имея огромный житейский опыт и знания, подавал всегда помогавший нам мудрый совет. Он щедро делился своими обширными и точными знаниями всего, что касалось Николая Константиновича Рериха и его наследия. Без всякого преувеличения можно сказать, что Павел Федорович был уникальным рериховедом, коему не было равных в нашей стране».

 

 

Литература

 

Беликов П.Ф.  Непрерывное восхождение. В 3-х книгах. М.: МЦР, 2001. 2003.

Ольховая О.А. Из переписки П.Ф. Беликова с Н.Д. Спириной // Журнал «Восход». № 8 (208). 2011.

«Летопись жизни Б.Н. Абрамова». Новосибирск: ИЦ «Россазия» СибРО, 2023. 2-е изд. 192 с., илл.